Евгения Соколов (jennyferd) wrote,
Евгения Соколов
jennyferd

"Эхо Москвы", 29 мая 2014 года
"Особое мнение", в гостях писатель Виктор Шендерович.


С.КОРЗУН: Всю эту неделю практически начинаем с Украины. Разворачиваются там события, несмотря на то, что прошли президентские выборы или вследствие их (это судить можно с разных точек зрения). Но я сегодня для разнообразия начал бы с нашей информации, с российской. Глава СК Бастрыкин, знакомый вам лично...

В.ШЕНДЕРОВИЧ
: Не так близко, как...
С.КОРЗУН: Как не хотелось бы?
В.ШЕНДЕРОВИЧ: Как не хотелось бы, да! (Все смеются)

С.КОРЗУН: Выступил за возвращение статьи со смертной казнью в УК. Причем, не надо подозревать, что он такой уж кровожадный, и Европейскую конвенцию соблюдать будем. Не в порядке реализации, а как гипотетическую возможность. Когда это говорит любой человек, на это можно и не обратить внимания, пожалуйста. А это говорит у нас глава Следственного комитета. Что думаете по этому поводу?

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Я не понимаю, что такое смертная казнь как гипотетическая возможность.

С.КОРЗУН: Ну, статья будет, а казнить не будут.
В.ШЕНДЕРОВИЧ: Это кому решать? Если статья будет, то будут казнить.
Юридическая азбука: если статья есть, а приговора по ней нет, то это значит, что плохой закон, значит, она не работает, значит, что-то не так.

С.КОРЗУН:
Ну, подождите. Владимир Путин имеет право вводить войска на сопредельные территории? Теперь войск, вроде, нет на сопредельных территориях.

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Не понял связи.
С.КОРЗУН: У него гипотетическая возможность ввести войска, которой не пользуется президент Путин.

В.ШЕНДЕРОВИЧ: Понятно. Это слишком, как в том анекдоте сказано, слишком тонкая шутка для нашего цирка. Наше общее движение в сторону условного Узбекистана, Малави, не важно, Белоруссии, через запятую - стран, где не просто возможна смертная казнь, а вовсю практикуется... Значит, наше путешествие в ту сторону – оно продолжается... Оно во все стороны идет, по всем направлениям, по всем точкам замера. Ну, в частности, и по этой точке замера.

С.КОРЗУН: Но я только напомню, что в некоторых штатах США, в общем, действует та же самая статья. Туда же, к Малави, да?

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Нет, смотри, тут есть некоторая разница. Разница заключается в том, что там есть выборы - «в некоторых штатах США», там есть выборы, и в этом штате люди принимают законы, в этом штате люди выбирают законодателей, а законодатели принимают законы, которые соответствуют традициям этих штатов. И здесь можно спорить, соглашаться - не соглашаться. Я лично буду жить в Калифорнии, допустим, а не в Техасе предпочту и так далее. Чтобы в крайнем случае, все-таки, пожизненное было, а не электрический стул. И так далее. Но это подробности. А суть заключается в том, что там выбирают, а в Малави никто не выбирает. И закона нет. В Штатах выбирают, во-первых. Во-вторых, есть адвокаты и возможность конкуренции в суде. И бывают судебные ошибки, и казнят невиновных, и время от времени мы об этом узнаем. Именно поэтому смертная казнь должна быть отменена, с моей точки зрения. Хотя бы одна судебная ошибка стоит того, чтобы ее отменить везде. Но, все-таки, Малави и Техас – это разные случаи, потому что жители Техаса лучше контролируют свои власти, чем жители Малави. Мы гораздо дальше от Техаса, чем от Малави, с точки зрения нашего контроля над властью. В этом смысле давать им право (а мы видим, как работают суды, да?), давать им право не просто лишать людей свободы, а лишать их жизни - я бы не рекомендовал. Это одна сторона вопроса. Вторая сторона вопроса заключается в том, что Бастрыкин и власть вообще, желая понравиться той части населения, которой они теперь хотят понравиться... Потому что с Гуриевым и Алексашенко не вышло, теперь они будут нравиться «уралвагонзаводу», и только ему (условному, с маленькой буквы). Они, желая понравиться, выступают в качестве таких мачо, ужесточая. Понимая, что это ужесточение у нас... - это он, типа, за спокойствие граждан! Да ни черта подобного. Мы знаем, что применение закона - такое!... Настолько далеко от закона самого, что вероятность того, что будет казнен преступник, гораздо меньше того, что это будет использоваться как орудие шантажа или орудие сведения счетов и так далее. Мы слишком хорошо знаем, каково правоприменение у нас. И расширять возможность этого правоприменения – это вещь чрезвычайно опасная. Но то, что Бастрыкин об этом говорит, это вещь характерная. Они пытаются понравиться тем, которые - «за порядок». Но порядок не в английском смысле слова (ровный газон) и не в европейском (чтобы апельсиновый запах в туалете и смена власти), а порядок в нашем «Иван-Грозненском» смысле, чтобы все трепетали и все лежали, и тот, кто наверху, казнил любого, а все кричали «Ура!»

С.КОРЗУН: Центральное событие года, как его уже назвали, свершилось сегодня. Не знаю, почувствовали ли вы на себе? Президенты Российской Федерации, Казахстана и Белоруссии подписали договор о ЕАС.

В.ШЕНДЕРОВИЧ: Страшно подумать, как бы я мог почувствовать это на себе.
С.КОРЗУН: Не знаю. Наверное, могли бы.
В.ШЕНДЕРОВИЧ: Фантазии не хватает. Ну ладно.

С.КОРЗУН: Напомню, что еще несколько месяцев назад во время активной стадии действий на Украине говорили о том, что это сослужит плохую службу этому договору, мечте Путина о более плотном единении евразийском. Но тем не менее, всё случилось, хотя с некоторыми устными оговорками, которые были и со стороны Лукашенко, и со стороны Назарбаева. Позитивно, на ваш взгляд? Ну, не берем экономические аспекты, в которых, наверное, не особо хорошо разбираемся.

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Это не я буду это комментировать. Штука в том, что нам уже... Как Трусу, Балбесу и Бывалому из фильмов Гайдая... этой тройке уже деваться друг от друга некуда. Других-то нет, понимаешь? Остальные – отрезанный ломоть, причем, сам Путин и отрезал. Поэтому теперь дружить только с этими - или ни с кем, потому что умудрились поссориться уже со всеми. Остались только авторитарные режимы, остались только страны, где власть не меняется, и нам судьба дружить друг с другом. Ну, вот, там по Уго Чавеса включительно. И тут у нас сейчас - я по улице прошел... - в бывшем Музее революции у нас... Празднуем дружбу шестидлесятилетнюю с Северной Кореей, да? Вот, перечень, с которым мы теперь будем дружить. Других нету у нас для вас.

С.КОРЗУН: Китай еще есть. Довольно мощная страна.
В.ШЕНДЕРОВИЧ: Китай – это не дружба. Китай – это мы в процессе поглощения находимся.

С.КОРЗУН:
А, согласны с неким Корниловым, который пишет «Китай не спасет Россию, а съест со всеми потрохами»? Либо с оговорками согласны с ним?

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Ну, в перспективе, конечно, с потрохами. Но тут надо бы издалека, потому что мы подряд эти события - как равновеликие - обсуждаем. Там, войну...

С.КОРЗУН:
Они разные, на ваш взгляд? Не, войну мы еще не обсуждали. Мы обсуждали пока ЕврАзЭС. ЕвраЭС теперь надо говорить.

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
ЕвраЭС там.... И всё равно, когда обсуждаем эту тему, она... Без ситуации на Украине и без политики России украинской и антизападной - этой темы не существует. Это общая тема. Так вот: есть крупный план - подписание Назарбаевым с Лукашенко, вот наше провокационное и прямо преступное интервентское участие в событиях на Украине, да? Это такой крупный и средний планы. Есть общий план. Россия – достаточно посмотреть на карту, а потом в справочники о населении, экономике, чтобы понять, что у России в перспективе, стратегически (если пробовать, как китайцы, смотреть не на пятилетки вперед, а на тысячелетия, да?) Калиюгами измерять как их соседи...
Вот, если такими мерками, то, собственно говоря: какие перспективы у России? Какое место у нее в мире? Либо по Чаадаеву, одним локтем в Китай, другим локтем в Германию. Но так уже не получится – локоток-то слабый. Тот, который в Германию, он еще ничего, потому что Европейское содружество не собирается нас поглощать, да? Им бы - чтоб мы никуда не лезли. А, вот, Китай, ясно, несопоставимый ресурс - ни человеческий, ни экономический. Об этом очень хорошо и внятно сказал Алексашенко (здесь же в этом эфире) - о том, что на этом форуме китайцы сделали нам фактически предложение, от которого мы, как думаем, еще можем отказаться... Но мы не можем отказаться от этого в перспективе. Другого никакого бизнеса, возможности бизнеса между нами нет, кроме фактического поглощения: у них человеческие ресурсы, у них экономические ресурсы, у нас – сырье. Каким ты видишь наше взаимодействие, да? Вот таким! Десятикратное превосходство в человеческом ресурсе и нарастающее превосходство экономическое. Значит, единственная возможность сохраниться вне Китая для России, перспективно – это стать частью европейской цивилизации. Да, вот такой сильно Восточной Европой. Я сейчас говорю не о географии, разумеется, а о ментальности. Сильно Восточной Европой. Примкнуть к Европе, но не петровским способом (брать оттуда технологии, а здесь продолжать править по-византийски), а стать, попытаться стать некоторой - в культурном, в политическом отношении - частью Европы, попробовать привить себе, привести сюда и попробовать укрепить постепенно (это очень медленная вещь) - эти правила. Тогда...

С.КОРЗУН:
Ну, собственно говоря, будущая продажа газа Китаю этому не мешает, наверное?

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Речь, ведь, не о том, что... Торговать можно со всеми, с кем угодно. Вопрос в другом. Вопрос в том месте, которое предполагается для России нынешней администрацией. К сожалению, я думаю (это мое печальное особое мнение), что такого рода дистанции не очень интересуют сегодняшнюю администрацию – им бы день простоять и ночь продержаться, да? Им бы остаться при всем, что они уже, скажем юридически корректно, имеют - и чтобы их отсюда не сковырнули и не позвали в суд. И чтобы их не отрезали от того, что у них уже там, на Западе. Вот, у них такие... как амебы ложноножки выпускают, у них такие вот конвульсивные сейчас движения. Поэтому - им думать о судьбе России? Да в гробу они видели, по-моему. Потому что иначе совершенно понятно, что если мы так хамим Европе и отрезаем себя от Европы демонстративно (от Европы в широком смысле, по Чили включительно и по Японию), если мы отрезаем себя от мира, живущего по некоторым цивилизованным законам, - то мы лежим и ждем, когда Китай решит, что - пора, вот и всё. Китай никуда не торопится – повторяю, там всё измеряется тысячелетиями.

С.КОРЗУН: В особом мнении, напомню, Виктор Шендерович. Ну, давайте к Украине, все-таки, обратимся. Сегодняшние сведения. Ополченцы сбили вертолет.

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Ополченцы?
С.КОРЗУН: С 13-тью военными и генералом.
В.ШЕНДЕРОВИЧ: Это такие ополченцы у нас?
С.КОРЗУН: Это сообщения...
В.ШЕНДЕРОВИЧ: Это ополченцы.
С.КОРЗУН: Ополченцы, да. Крупномасштабная...
В.ШЕНДЕРОВИЧ: А когда это в Дагестане или в Чечне, - это кто? Когда сбивают...

С.КОРЗУН:
Крупномасштабная антитеррористическая операция. Спорить сразу начинаете. Я вам факты даю, как написано. В Славянске и Краматорске, это раз. Бой за аэропорт Донецка самый кровавый в последнее время, 26 мая. Среди добровольцев общее количество не называется, сообщают, что есть 33 выходца из России в числе убитых. Но речь там могла идти о сотнях, то есть это серьезно.

Ну и сразу до кучи. Российские войска задержатся на украинской границе, поступают такие сообщения, за ужесточение силовой операции на Юго-Востоке Украины. Ну, это уже, наверное, в другое измерение, в международное.

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Нет-нет-нет, это всё одно и то же.

С.КОРЗУН:
Что на Украине происходит? Порошенко сильный человек? Исправит положение?

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Нет, подожди. Подожди ты про Порошенко. До всякого Порошенко с нашей активной помощью и, в общем, так сказать, при не просто участии, а при организации, при ее ресурсах немаленьких - сначала пытались откусить вслед за Крымом, протоптать этот коридор туда еще... Не получилось. Сдали эту идею, конечно, с Донецкой республикой, сдал Путин всех, кто за ним пошел. Но там уже началось… Там появилось на месте бывшей, так сказать, Донецкой области и Луганской, - появляется серая зона, зона, где нету закона, где нет ни новой власти, ни старой власти, а, значит, власть у человека с автоматом, с пистолетом, с ножом; власть тех, кого больше. Ужас мирного населения. Вот такая серая зона создана.

С.КОРЗУН:
То есть вы думаете, что там нет никого из представителей так называемого мирного населения, да?

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Нет, почему? Как? Там огромное количество мирного населения, которое, собственно, в ужасе.

С.КОРЗУН: Представители среди тех, кого называют там или ополченцами, или силами самообороны, или как-то по-другому?

В.ШЕНДЕРОВИЧ: Нет, разумеется, есть. Но не они составляют костяк организационный. Там с чеченским акцентом говорят эти ополченцы, а также являются, как этот Стрелков-Гиркин, офицерами ФСБ, подозреваемыми в военных преступлениях в Чечне. Вы знаете, что Гиркин в розыске уже больше 10 лет у нас, да? Мы его найти не можем. Он – подозреваемый по похищениям и убийствам людей в Чечне в Введенском районе. Его имя фигурировало, он в розыске у нас, мы его найти не можем. Он у нас предполагаемый убийца. Он - от имени России... Вот этот офицер ФСБ. Это доказано и он этого не скрывает. Вот что происходит на Украине! Да, полно ополченцев и есть реальные, конечно, накопленные десятилетиями, совершенно профуканными Украиной в смысле строительства единого государства, - есть проблемы. Эти проблемы должна решать Украина. Должна решать в европейской парадигме, и там есть, кому за этим последить, есть новый президент легитимный. Сильным его назвать нельзя, потому что у него еще не было времени даже проявить эту силу. Наши вопли о несовершенстве украинской демократии – нам бы рот себе зашить. Украинская демократия страшно несовершенна, слаба и так далее, - но замечания по этому поводу ей могут делать европейские государства и ОБСЕ, а не страна, которая твердо идет по азиатскому авторитарному пути развития. Нам просто надо зашить про это рот. И нам надо надеяться, что Украина не будет брать пример с нас, с того, как мы решали вопросы аналогичного рода! Будем надеяться, что Порошенко не будет отдавать приказы о бомбометании по жилым кварталам.

С.КОРЗУН
: Ну, говорят, что Град уже используется.
В.ШЕНДЕРОВИЧ: Говорят.
С.КОРЗУН: В общем, свидетельства разные с разных сторон.

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Говорят, да. Но тем не менее, надеюсь, что наши уроки они не воспримут буквально. Те, кого... Я не знаю, чье это сообщение, но, видимо, российских СМИ. Те, кого стыдливо называют ополченцами, «ополченцы» - сбили вертолет, погиб генерал украинский… Представьте себе на секундочку, что в том же самом Введенском районе, где хозяйничал Стрелков-Гиркин в 2001 году, «ополченцы» сбивают вертолет и погибает российский генерал и 14 офицеров. Попытайся себе представить, что будет дальше с этим селом, где это произошло, с мирными жителями этого села, ну и так далее… Это прежде, чем мы будем говорить о жестокости украинской власти. Украинская власть слаба. Украинская власть только-только подымается на ноги. Будем надеяться, что то... Ну, разумеется, никакой там этой республики не будет.

С.КОРЗУН:
Какой?
В.ШЕНДЕРОВИЧ: Ну, вот этой Донецкой.
С.КОРЗУН: Донецкой народной и Луганской?

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Да, Донецкой народной, вот этого всего. Этого всего эвфемизма для бандитизма - не будет, разумеется. Вопрос в том, что будет вместо этого. Каким образом будет решена проблема? Потому что Украина (ну, это я уже вторгаюсь на территорию политологии немножко), но - совершенно очевидно, что Украина либо научится договариваться каким-то образом… Либо Порошенко, действительно, как обещает, будет президентом всех украинцев, - всех, да? Либо это всё рвется в очередной раз по перфорации, потому что такая история у государства – она сшита из кусков трех империй. Ее порвать на три куска как нечего делать, - что мы, собственно говоря, уже и увидели.

С.КОРЗУН: Абхазия – тоже свежая история. Я думаю, что к Украине еще вернемся, но она просто близко произошла. Что в Абхазии происходит?

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
В Абхазии мы, как бы, забыли, да? Мы ее хапнули по случаю. Ну, так, у соседнего государства - хапнули? Ну, хапнули, да?

С.КОРЗУН:
Ну, есть там рядом. Не, ну там свои лидеры были. Мы признали.
В.ШЕНДЕРОВИЧ: Понятно-понятно. Ну, хапнули.
С.КОРЗУН: Мы признали.

В.ШЕНДЕРОВИЧ
: Да нет, не было бы ничего. Ну, понятно, признали. Да, это как с Донецкой, понятно. Тем не менее…. А дальше - хоть трава не расти. Это, кстати, пример того... Сейчас там вышел, ну, такой маленький Майдан, хотя посчитали: какой там маленький, 5% населения вышло, да? Это кто-то посчитал замечательно - это как в Москве вышло бы семь миллионов человек на улицу, на секундочку.

С.КОРЗУН:
На всю страну.

В.ШЕНДЕРОВИЧ: Нет, я имею в виду пропорционально к стране. «Где деньги, Зин?» Мы теперь отвечаем, - не Грузия отвечает! Мы. Вкачано каких-то миллиардов там, да? Где? Там как была нищета, так и есть. Как было воровство, так и есть. А, вроде, речь-то шла о том, что мы, типа, приходим… Большая богатая Россия приходит на помощь маленькому, но гордому абхазскому народу. Где деньги, где рабочие места, где что? Ничего. Значит, проторжествовали победу - очередная победа, Россия встает с коленей... У кого-то хапнули, кого-то наказали, победили Грузию (огромная победа). На карте бы найти только место победы, да? Вот. А дальше трава не расти. Дальше - та же нищета, то же воровство, коррупция. И вот там теперь... Если б не было этого, мы бы даже и не вспомнили, согласись. А как живет Цхинвали? Сильно разбогател после того, как из-под Саакашвили вынули? Там как с уровнем жизни, в Цхинвали? Что там? Водопровод построили? Знаю, что миллиарды вкачаны. То есть миллиарды не то, чтобы вкачаны, но выкачаны из бюджета – это я знаю достоверно. Сколько-то миллиардов выкачано из наших карманов. Где? В Цхинвали они есть? Интересно посмотреть. Кто-нибудь вспомнит, кто-нибудь поинтересуется? Вот, в том-то и дело. У нас память такая, носорожья, коротенькая... Знаешь, как спастись от носорога? Надо забежать за дерево секунды на три. Если он тебя три секунды не видит, - всё, ты уходишь из его памяти. Вот, мы – носороги такие. Не только по Ионеско, а еще и по свойству краткосрочной памяти: что с глаз долой, то из сердца вон. Вот, чего-то радовались. Ушло из глаз, перестали об этом писать в газетах – забыли. И там спокойно продолжаются воровство, коррупция, всё, что было, только еще больше.

С.КОРЗУН:
Носорогов много. Где деревьев найти, чтобы за ними прятаться.
В.ШЕНДЕРОВИЧ: (смеется) Да.

С.КОРЗУН:
Возвращаемся вокруг истории украинской. Есть у нас чуть-чуть времени. Путин едет во Францию, Нормандия-Неман, памятные события и так далее. Как думаете, примут его там? Будет ли он в гордом одиночестве? Либо...

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Нет, понимаешь, какая штука? Кто-то несчастный рядом с ним стоять будет. Хотя, они сейчас, судя по сообщениям прессы, как-то всё пытаются понять, кто же будет этот крайний, который будет стоять рядом с Путиным. Понимаешь, они несчастные люди - им избираться. Избираться! У них, в ихних странах, черт побери, у них Чурова нет, а выборы есть. Им всем избираться! А когда стоишь рядом с Путиным, это уже сейчас в Европе рейтинг как-то не поднимает, а как-то его обрушивает. Вот, с ним обниматься, целоваться, пробовать «вкус его души» как Буш в 2000 году, - уже никто не хочет. Не пригласить нельзя – ну, действительно, ну, Нормандия, да? Ну, это ж Вторая мировая война, что поделать. Не пригласить нельзя. Стоять рядом никто не хочет, и они сейчас ищут крайнего. Нам бы на это посмотреть со стороны. Не можем.

С.КОРЗУН:
Напомню, что сегодня со своим особым мнением писатель и журналист Виктор Шендерович. Давайте о других темах поговорим. Куус напоминает нам, что это было, по-моему, вчера, экспертный совет при Министерстве культуры забраковал сценарий фильма «Встреча на Эльбе» Петра Тодоровского. Было еще несколько сообщений. Вот, новый художественный совет, который, правда, только выдает деньги (я вчера узнал новое значение слова «питчинг» - оказывается, это распределение средств как раз по грантам на кино). Правильно, неправильно?

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Ну, риторический вопрос. Обсуждать Мединского...
С.КОРЗУН: Государство, да.
В.ШЕНДЕРОВИЧ: Государство.
С.КОРЗУН: Государство свои деньги дает. Наши с вами в том числе.
В.ШЕНДЕРОВИЧ: Да, да-да. Не свои – своих у государства нет.
С.КОРЗУН: На фигню давать не надо на всякую.

В.ШЕНДЕРОВИЧ: У государства нет своих денег. Если мы с тобой не будем, а также все остальные не будут платить налоги, нет никакого государства тогда, да? Это наши деньги. Это поставленный чиновник (в данном случае по фамилии Мединский) решает, как расходовать наши с тобой и всех остальных деньги, на что. И выясняется, что на сценарий Петра Ефимовича Тодоровского (царствие ему небесное), на последний его сценарий, над которым он работал, на это кино, на эту интонацию (встреча на Эльбе), - на это денег нет! А миллионы на очередную картину про то, как мы вставили американцам, тут же нашлись.
Значит, с их точки зрения народу нужно это, жвачка. А Тодоровский не нужен. Еще там много чего не нужно, да? Ничего удивительного. Я б больше удивился, если б вдруг вы бы меня озадачили вопросом «Вот, Мединский дал деньги на фильм Тодоровского», - и я бы начал мычать и говорить: ну, вот, не знаю, что-то случилось... Я не знаю, что случилось... Тут ничего не случилось – Мединский не дал деньги на фильм Петра Тодоровского. Где Мединский, где Тодоровский...

С.КОРЗУН:
Вы свои сценарии представляли или кем-то были представлены?
В.ШЕНДЕРОВИЧ: Да вы что! Не-не, ну что вы! Ну, как так?
С.КОРЗУН: На государственные гранты?

В.ШЕНДЕРОВИЧ: Нет, нет. Нет, нет. Ну, я же не сумасшедший, нет. Спасибо, жить дают. Ну, о чем говорить?

С.КОРЗУН: Про «Петрушку», кстати, спрашивают. Будет ли Петрушка и когда премьера?

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Подождите. Премьера – вот, Мирзоев приступает к кастингу. Приступает к кастингу, до Нового года собираемся сделать. Деньги мы собрали. Видимо, сейчас, вот, с завтрашнего дня надо предложить - начать собирать деньги на фильм Тодоровского. Господи боже мой, что мы, не соберем на фильм по сценарию Петра Ефимовича Тодоровского? Думаю, что соберем. Это нам нужно. Мы отделяемся от государства явочным порядком. Это замечательно сформулировал как раз Владимир Мирзоев, когда мы собирали деньги на «Петрушку». Ну, вот они - там, да? Они там ставят памятники Сергею Михалкову, дают деньги на жвачку, не дают денег на... У них свои... - они их называют патриотическими, эти игры, да?. Ну, бог с ними. Мы в эти игры не играем. У нас свои представления о том, что нужно нам. Вот, просто нам, реальным нам. И в этом смысле, вот такой сбор денег – он правильная альтернатива обезумевшему государству. Мне кажется, мы уже должны это понять.

С.КОРЗУН:
Идем дальше по вопросам. Влад Синкер задает вопрос, вернее, говорит, что вы отслеживаете обычно появление новых анекдотов. А новейшее время создало какие-то новые образчики или всё совсем грустно?

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Нет-нет, я ничего специально... Анекдоты ходят, но политических на злобу дня после анекдота про Купидона, ничего не появилось - после анекдота про новый герб России. Не знаете, да?

С.КОРЗУН:
Нет, я не слышал.

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Что должен быть Купидон изображен на гербе России, потому что с голым задом, хорошо вооружен и ко всем лезет со своей любовью. Это времен Крыма, «покорения Крыма» анекдот. Но знатоки вспомнили, что это перелицованный анекдот позднее-советских времен, что тоже очень точно характеризует наше время. Это «афганских» времен анекдот: с голой задницей и ко всем лезем со своей любовью.

С.КОРЗУН: Новые-то появляются совсем?

В.ШЕНДЕРОВИЧ: Ну, вот, после этого политических я не слышал, по крайней мере. А так-то ходят, конечно, кругами.

С.КОРЗУН:
Россияне вышли на второе место в мире по доле расходов на алкоголь. Я-то думал, что мы и здесь чемпионы. Эстонцы впереди нас.

В.ШЕНДЕРОВИЧ: Эстонцы?!
С.КОРЗУН: Да, эстонцы нас опередили.

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Пора оккупировать, потому что - что такое? Ну, как это может быть? Даже обидно за страну. Нет, ну, шутки шутками. Это, на самом деле, беда-то страшная. И это социальная беда, конечно. Это социальная беда. И тут надо не вырубать виноградники, а чтобы человеку было, куда деваться, чтобы у человека была какая-то перспектива в жизни, чтобы он как-то, да?.. Мы же пьем, чтобы залить тоску. Мы же не пьем как французы, на радостях. На радости жизни.

С.КОРЗУН:
Ну, кто как, в общем, наверное.

В.ШЕНДЕРОВИЧ: Да нет, мы заливаем. Мы - заливаем. И каждый из нас, так сказать, на собственной коже чувствует это. Я живу, вроде, не на большом отшибе, я живу в Сокольниках. Но ты утром выйдешь в магазин и, извините, каждый третий немножечко на рогах. Ну, я понимаю, что те, кто не на рогах, они на работе. Но вот те, кто на улице с утра, - это такая типовая вещь. И она, конечно, очень сильно зависит от внутреннего ощущения от страны, от распрямленной страны, от развернутых плеч, от того, есть, куда деваться человеку или нет… Всегда будут те, кто будет просто пить. Но пьют же, и очень много пьют, те, кто не находят какого-то другого просто применения себе. В буквальном смысле не знают, куда деваться. Вот, деваются в алкоголь.

С.КОРЗУН:
То есть, соответственно, хуже всего в Эстонии, исходя из этой логики?

В.ШЕНДЕРОВИЧ: Нет, по-разному пьют. По-разному пьют. Не знаю. Это очень интересно для антропологов, я думаю, социальных исследовать, для социологов. Исследовать, почему люди пьют. Ну, вот, самый яркий пример, конечно, там, с одной стороны, итальянско-французский из того, что мы знаем. С другой стороны, наш. От радости или... То есть пить - или напиваться? Вот. Задача, «чтобы солнце побыстрее взошло», как у Жванецкого сказано, - от радости, да? Или чтобы забыться? Вот две задачи, которые выполняет алкоголь. У нас, к сожалению, он выполняет вторую задачу очень часто.

С.КОРЗУН:
Виктор Шендерович в программе «Особое мнение». К вопросам дальше, по вопросам идем. Вопрос из Самарской области от Николая «Почему Киев сразу не запретил Партию Регионов и коммунистов, ибо они выступают в поддержку сепаратистов?» - вопрос такой от Николая. Вообще надо запрещать киевской власти новой кого-нибудь, люстрацию там провести какую-нибудь?

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Вот, очень тонкий вопрос. Люстрацию-то провести, допустим, можно. Но надо отрезать тогда полстраны. И правильно сделали, что не запретили. Но вопрос не очень простой, на самом деле. В этой политкорректности тоже должна быть граница. Я вспоминаю, как мы с тобой и еще какая-то там группа очкастых и не очкастых интеллигентов - велели Ельцину там, да? Я писал письмо, чтобы вернули газеты «Правда» и «День», да? Запретили. Запретили «Правду»…

С.КОРЗУН:
И «Советскую Россию» тоже.
В.ШЕНДЕРОВИЧ: Да, и «Советскую Россию». И я, дурилка мелкая, писал: не надо, не надо».
С.КОРЗУН: Для тех, кто не следил, это было в 1991 году как раз.

В.ШЕНДЕРОВИЧ: Да. И я, и вся интеллигенция сказала «Нет, нельзя-нельзя-нельзя! Нельзя запрещать!» Да? Они-то к власти придут, просто нас повесят, да? Не то, что там запретить. Но - тем не менее. Вот тут надо очень понимать границу. Нет, правильно сделали, что не запретили, потому что страна расколота, надо договариваться. Надо наказывать тех, кто преступил закон, ответственных за убийства и воровство надо наказывать. Но ни в коем случае скальпелем не проводить по стране, конечно.

С.КОРЗУН:
Вопрос из пришедших до эфира от Брюсмен «Как вы считаете лично, развитие ситуации в России в ближайший десяток лет уже предопределено?»

В.ШЕНДЕРОВИЧ: Да ничего не предопределено. То есть, есть вещи... Вот тут надо уточнить, о чем вопрос. Попробуем «успеть добежать до канадской границы» (две минуты осталось). Значит, коридор возможностей ясен. Коридор возможностей определила путинская политика и категорическая путинская несменяемость. Мы окончательно авторитарное государство, мы Узбекистан-лайт или Белоруссия-лайт (кому как понравится). Коридор возможностей - авторитарный пока что. Никакой легитимной смены власти здесь не будет, это ясно. Соответственно, определен коридор возможностей, да? Дальше плюс-минус сколько-то лет. Будет ли здесь Узбекистан - или здесь будет Белоруссия-лайт? Вот в этом коридоре возможностей ничего непонятно – тут всё зависит от нас в том числе, от того, как мы будем упираться, насколько мы будем умнее, чем мы были вчера. Вот.

С.КОРЗУН:
А выход из коридора, в гостиную куда-нибудь зайти, может, из коридора-то?

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Вот это возможно там, где есть выборы. Там, где есть выборы, можно сменить власть. Вот, выбрали Саркози, пожили немножко под Саркози, говорим: не, чего-то слишком право… Пошли налево. Пожили под Олландом, сказали: не, чего-то слишком… Пошли обратно! Вот этот маятник, который качается в Европе туда-сюда, и он не сильно далеко качается – не уходит ни в коммунизм, ни в фашизм, да? Где-то посередочке. Это понятно, это такой европейский маятник. У нас-то какой маятник? От Путина до Путина, да? И от Рогозина до Дугина. Вот наш маятник. Ну, давайте качаться.

С.КОРЗУН:
Илья из Ярославля сделал вывод из ваших блогов, что изменения должны идти сверху (ваша позиция, он считает) и только сверху. Это так.

В.ШЕНДЕРОВИЧ:
Нет, это... Что значит «моя позиция»? От моей позиции тут ничего не зависит. Изменения приходят либо сверху, либо, - если сверху не происходят, - то снизу, когда там случается взрыв. Это не я, это история; так нам вся история показывает, что либо...

С.КОРЗУН:
Но вы бы предпочли?

В.ШЕНДЕРОВИЧ: Я бы предпочел, чтобы... Я бы предпочел, чтобы вернулись мозги. И мы начали бы что-то понимать через мозги, через мировой опыт. Пока что через мозги не получается, поэтому ждем, пока получится через живот. Если нет, то через задницу. Четвертого варианта нет.
Tags: Киев, Китай, Корея, Лукашенко, Путин, Шендерович, аналитика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments