Евгения Соколов (jennyferd) wrote,
Евгения Соколов
jennyferd

Categories:

Ещё из френдленты. Темплеры и темплиеры.

Оригинал взят у artur_s в Вифлеем Галилейский.
Если ехать от Назарета в сторону Хайфы через Кирьят-Тивон, то у кибуца Алоним надо повернуть направо и по узкому извилистому шоссе за несколько минут добираешься до места.

Сама дорога навевает душевное спокойствие и идиллическое настроение: с обеих сторон только лес из вечнозеленых деревьев, тишина и покой.

Мошав Вифлеем Галилейский (в ивритской транскрипции – בית לחם הגלילית - Бейт-Лехем хa Глилит) смотрится продолжением этой дороги и ее прекрасным завершением.

Интересна его история.

В середине 19-го века известный в Германии богослов Кристоф Гофман создал секту Tempelgeselshaft, что значит Общество Храма, целью которой было спасение гибнущего человечества. Они называли себя темплерами (в отличие от темплиеров – рыцарей времен крестовых походов) и стали переселяться на Землю обетованную для воссоздания ее святости.

Вначале была создана хайфская Мошава Германит, потом иерусалимская, затем в районе Нааляля и, наконец, в 1906-м году в Нижней Галилее родились рядышком два поселка: Вальдхайм и Бетлехем, первый из которых сейчас называется Алоней-Аба, а второй – мошав Бейт-Лехем ха-Глилит (Beit Lehem ha Glilit).


Вскоре эти темплеры стали подстрекать арабское население и бедуинов, живших в округе, против евреев. В начале Второй мировой войны темплеры были интернированы, а их имущество, в соответствии с договором о репарациях жертвам Катастрофы европейского еврейства, отошло в собственность государства Израиль.

Так, в год образования государства, примерно двадцать добротных домов, построенных темплерами, были заселены еврейскими семьями.

Мошав – это не социалистический кибуц

Тут живут крепкие хозяева, занимающиеся животноводством: разводят мясных и молочных коров, цветоводством (розы и даже тюльпаны. Правда, спецы по тюльпанам понемногу перебрались в Голландию и в Африку, где растить выгоднее), выращивают саженцы плодовых деревьев и продают в Европе и Азии.

Мы стоим у памятника жертвам Катастрофы у Народного Дома в центре мошава.
Мы – это я и два восьмидесятичетырехлетних старика.
Эли – бывший профессор Техниона, ныне пенсионер. Он тяжело опирается на палку.

Яков – один из пионеров поселения, тоже, разумеется, пенсионер.
На стеле имена, даты и страны, города, города...
Больше всего – Польша, Лодзь, Краков, Варшава...
Чехословакия, Австрия, Германия. Брно, Освенцим, Лейпциг, Франкфурт...

- Это дети убитых и сожженных поставили памятник своим матерям и отцам, - говорит Яков, житель мошава, - они, мои ровестники, живут тоже здесь. Им удалось убежать от Гитлера, а вот их родители не смогли или не успели.

За спиной у нас – Народный Дом, старинное двухэтажное здание из тяжелого серого камня, тоже память. О темлерах.
История плетет кружева…

- Пошли к Дову и Саре, - произносит тихо Эли, переминаясь с живой ноги на протез.

Триста метров отделяет памятник от серого, покосившегося камня, стоящего в центре небольшой эвкалиптовой рощицы рядом с детским садиком, из которого раздаются вопли подрастающей смены.

На камне выгравировано на иврите и английском:
קרן קימת לישראל
מגרש משחקים
בבית לחם הגלילית
ע''ש דב ושרה ניימן
Jewish National Fund
Playground in Bet-Lehem HaGelilit
Bernard&Elsa Neiman
Beverly Hills, CA, USA

По-русски вкратце: Бернард и Эльза Нейман из Беверли Хиллз в США в честь родителей вложили средства в детскую площадку.
- Вот еще память о трагедии. Дети помнят отцов. Сами давно в Америке, а память их жива. А внуки не хотят этот камень привести в порядок. Выровнять хотя бы, эх… - Эли вздохнул. – Люди, люди….дай Бог вам здоровья.

Потом мы сидели в доме Якова, пили вино Кармель и старики предались воспоминаниям. Я включил в голове память на запись и излагаю по мере поступления информации:

Оказывается, они знакомы между собой давно, с тех самых пор, когда в 1944 году оба стали бойцами Еврейской бригады английской армии и воевали в ее составе в Италии до самого конца войны.

Но если Яков демобилизовался в 1946-м, проехав пол-Европы по Италии, Швейцарии, Франции, Австрии и Германии на своем грузовике, обеспечивая продовольствием и медикаментами свою бригаду, то Эли, которому в октябре 45-го миной оторвало полноги, вернулся в тогда еще Палестину, стал учиться, учиться и учиться, и через какие-нибудь полтора десятка лет оказался в Америке, да не просто в Америке, а в Лос-Аламосе, где работал по термоядерной тематике в качестве профессора-химика.

Бывший шофер и отставной профессор Техниона, лучшего политехнического вуза Израиля, диплом которого открывает дорогу в лучшие вузы и предприятия Европы и Америки, пили вино, закусывая всякой всячиной, а я сидел рядышком и внимательно слушал, принимая на грудь и изредка вставляясь.

Старики изрядно загрузились, и лишь тогда я решил перевести стрелки с военной тематики на гражданскую.
- А вот из ряда вон выходящего много было в ваших странствиях? – спросил я скромно.
Первым взял слово Эли.
- Смотри, - сказал он, пригубив. – Ты ведь в курсе, что у меня протез?

Я кивнул.
- Так вот. В сорок пятом я был ранен. Ногу ампутировали. До сих пор меня мучают фантомные боли. Временами кажется, что ноет стопа или лодыжка. Дозу лекарств я увеличиваю с каждым годом. Это у меня главная память о войне. Но есть еще одна.
Звать ее Рахель, и ты ее знаешь.

Я снова кивнул.
- Так вот. В том бою мина рванула не только меня, но и фашиста. Мы оба, придя в себя от шока, орали, как резаные. Кровь текла рекой. У себя я видел это хорошо. Но и у него, валявшегося в десяти шагах от меня, она текла так же. Рекой. Мы смотрели друг на друга и ничего не могли сделать. Взрывной волной оружие раскидало в разные стороны. Потом мы оба потеряли сознание.
Очнулся я уже в госпитале. Рядом сидела сестра, которая меня и вытащила.
С тех пор мы с ней вместе. Уже много лет. Трое детей.

Мы с женой побывали чуть ли не во всех странах мира. В Кении вместе охотились. В Андах мотались на джипах и на смешном тихоходном поезде. В Индии изучали основы буддизма. А в Австралии спокойно путешествовали. Одна дочь живет в Америке, вторая в Европе, а сын здесь, в Израиле.

Но дом наш тут. И никогда мы его не сменим на другое место. Здесь и умрем.
Так вот.

(продолжение следует)
Tags: прогулки по Израилю
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments