Евгения Соколов (jennyferd) wrote,
Евгения Соколов
jennyferd

Categories:
"Эхо Москвы", программа "Особое мнение".
В гостях писатель Виктор Шендерович.
Ведущая - Карина Орлова.
23 октября 2014 года.


К.Орлова ― Хорошо, тогда поговорим о серьезных вещах. Наконец-то Вячеслав Володин озвучил нам российскую национальную идею: Есть Путин – есть Россия, нет Путина – нет России. Все просто как дважды-два. А вы, кроме того, что вы думаете…

В.Шендерович
― Причем вы знаете, что я думаю, что интересно.

К.Орлова
― Я знаю, что вы думаете, и мне бы хотелось попросить вас как-то опровергнуть это утверждение для тех людей, которые с этим утверждением согласны.

В.Шендерович ― Во-первых, все-таки – давайте издалека – мысль нехитрая, простая, как репа. И долго-долго ее вынашивал товарищ Володин. Но надо ему отдать должное: он нашел безошибочное время, чтобы высказать эту мысль. На это обратил внимание историк Мирский. 80 лет назад некто Гесс на съезде НСДП сказал ровно эту фразу. Практически Володин процитировал Рудольфа Гесса. Там тоже была страна какая-то, и был лидер, без которого эта страна не может жить. И вот тогда была эта формулировка не в первый раз в мировой истории, но в 20-м веке как-то этот случай запомнился. Германия – это Гитлер, а Гитлер – это Германия. Эта формулировка прозвучала ровно 80 лет назад. Володин долго-долго – умница! – ждал, чтобы под годовщину подгадать.

К.Орлова ― То есть день в день совпадает?

В.Шендерович
― Буквально - да, день в день. Вот, к 80-летию... «Бывают странные сближения» - говорил Пушкин, но в этом сближении уже нет ничего, совсем ничего странного. Спорить с людьми, которые не понимают, что это катастрофа, довольно бессмысленно. Здесь ведь, что называется, «опыт, сын ошибок трудных». Мы перечисляем через запятую страны, в которых глава государства, глава администрации является символом этой страны - и его уход объявлен катастрофой заведомо. Мы называем эти страны от Северной Кореи, через Узбекистан, проездом через нас, страны, в разные эпохи: вот тебе Гитлер, вот тебе Ким Чен Ир, вот тебе Ислам Каримов, вот тебе Аятолла Хомейни – вот, когда жизнь страны фокусируется в одно. Мои родители рассказывали, хотя они уже были большими в день смерти Сталина – им было по 23-24 года – рассказывали, что - земля разверзлась! Казалось: все, закончена жизнь, не сможем дальше. Вот он умер, и все рухнет немедленно, вообще, конец света. Это такая неврастеническая реакция. Это свидетельство чудовищного состояния общества. В сущности, это приговор. Если бы они были чуть-чуть поумнее, они бы понимали, что… Хотел-то, наверное, похвалить он Путина, а подложил большую грязную свинью, потому что такое количество, так сказать, отпечатков пальцев на этой формуле, таких кровавых отпечатков пальцев, - что в эту компанию Путину бы не хотелось. Но недостаток ума в этих людях компенсируется избытком преданности, и вот - такие сейчас нужны. Умные не нужны, нужны: Володин, Марков, Потупчик… – вот это всё, все, которые немедленно заверещали: «Да-да! Правильно! Так и есть». Тут ведь интересно: что... На самом деле интересно только одно – мне – кто-нибудь ему приватно сказал: «Слава, что ты мелешь? Слава, ты нас подставляешь! Слава, помолчи! Слава, тебе не надо разговаривать!» - вот, кто-нибудь ему приватно это сказал - или даже уже приватно никто не может, потому что это в сущности признательные показания.

К.Орлова
― Но все же я бы вас попросила попробовать как-то...

В.Шендерович ― А я уже сказал: те страны, в которых глава администрации является символом страны, и его уход является катастрофой, - эти страны известны. В этих странах опасно жить: Северная Корея, Иран, Узбекистан, гитлеровская Германия, сталинская Россия, Фидель Кастро - это страны, в которых опасно жить... Африканские страны... Где глава администрации, как бы он не назывался, объявляется символом страны. А не дай бог, съест что не то Владимир Владимирович завтра и чего – все? И жизнь 140 миллионов человек ядерной державы, огромной цивилизации держится на пищеварении одного гомо сапиенса? Вот так, до такой степени? Они сами не понимают, что они ставят себе «кол» просто за последние 15 лет. За 15 лет они построили систему, где все держится на одном человеке, совершенно прекрасном, но смертном, замечу. Смертном-смертном, Карина, я вижу в ваших глазах сомнение – я вас уверяю! Так вот, что же за систему они построили? Не дай бог, что-нибудь случиться может... Вот в Америке убили....

К.Орлова
― Да вот, пожалуйста, «Внуково» - чего там? Бизнес-терминал.

В.Шендерович
― Да нет, я сейчас говорю про страны. Погибали президенты – выбирали других. Президент – символ, но на нем не держится безопасность и достоинство страны. И страны, у которых на этом гвозде держится все – это страны, в которых жить опасно. Это просто статистика. Тут никаких даже оценок. «Некрасиво подозревать, когда вполне уверен». Если кому-то исторические аналогии и уроки не впрок, если кому-то лень вспоминать, чем закончились предыдущие случаи слияния страны и лидера – ну, значит, зажмуриться и сесть в уголок с заткнутыми ушами никто не мешает. Только незнание этих уроков не освобождает от ответственности. В данном случае – исторической.

К.Орлова
― Ну, про Путина далее. Подписал президент России закон о компенсациях семьям военнослужащих, пропавших без вести. Слышали, может быть, да? То есть сейчас есть норма,согласно которой семьи военнослужащих получают компенсацию в случае гибели солдата – это 14 рублей в месяц, с 2016 года такую же компенсацию будут получать родственники пропавших без вести.

В. Шендерович ― Каким образом должны пропадать без вести солдаты в стране, которая не ведет никаких войн? Может кто-нибудь объяснить? Путин не сможет.

К.Орлова
― На учениях бывает, пропадают...

В.Шендерович
― Как? Без вести? На учениях? Не слышал. Гибнут – слышал, и даже видел. А вот, чтобы пропадали без вести – нет, не слышал и не видел. Этого не может быть. Это очередное признательное показание. Это Путин отсылает нас к тем могилам с «Солдатом №9». Могила «Солдат №9» - помните, была фотография? Они потом убрали таблички. Когда страна хоронит своих солдат, погибших на необъявленный войнах, воровски закапывает… Я уже не говорю о сумме этой компенсации.

К.Орлова
― Виктор Анатольевич, мы с вами закончили на том, что Владимир Путин подписал закон о компенсации семьям военнослужащих, пропавших без вести. Эти поправки вступают в силу с 1 января 2016 года. И параллельно с этим есть еще другая новость, которая связана как-то с российскими военнослужащими. Руководство ДНР объявило на начале наступления на юго-востоке Украины. Теперь у них в планах Краматорск, Мариуполь, Славянск, ну, и, соответственно… вот. Об этом заявил премьер-министр ДНР Захарченко. Это, вообще, как-то связано?

В.Шендерович ― Я не знаю. Я все время цитирую Ежи Леца: «Хуже все с правдой в те времена, когда все может быть правдой». В их шальные головы может зайти новое обострение…. Это даже по-своему рационально. Как старый анекдот: «Не съесть, так понадкусать». Съесть Украину не по зубам, а «понадкусать» со всех сторон: с газовой, с военной, с экономической, с политической, с пиаровской, с какой угодно – понадкусать можно. И вот, мне кажется, если совсем коротко: задача именно в этом. Не будет никакого похода на Киев, разумеется, ничего этого не будет. Но держать в напряжении, раскачивать ситуацию, иметь какие-то козыри для торговли, для дальнейших, в том числе, отступлений… Ведь раньше эта формула работала в государственном рэкете: «наезд-откат-отъезд» - так работала прокуратура… «Наехали – открыли дело – договорились – закрыли дело» – вот так работает эта машинка. Но принцип и во внешней политике вполне себе работает: создать проблемы, создать угрозы – потом торгануть несовершением какой-то гадости. Мы можем сделать гадость побольше, можем – поменьше.

К.Орлова ― А вот это «потом», оно когда настанет?

В.Шендерович ― Это я не знаю. Зайти в их головы – это без меня.

К.Орлова
― Какой-то же план должен быть?

В.Шендерович ― План? У меня план – попытаться раз в неделю, раз в две недели у вас что-то говорить про все это, а у них могут планы… У него… я уже говорил: он очень шустрый тактик. Он плохой стратег, как выяснилось в 2014-м году, совсем плохой: стратегически все проиграно, что можно, а тактически – сколько угодно: у него развязаны руки, в отличие от его противников он очень мобилен, потому что он может принимать любые решения мгновенно, в один день и они становятся государственными. Потому что вы же помните: «Путин – это Россия, а Россия – это Путин».

К.Орлова
― Да, я то помню... Я знаю это!

В.Шендерович
― Так вот, поэтому у него руки развязаны на совершение мерзостей разной степени тяжести и преступлений, поэтому в тактическом смысле он очень мобилен, и все, что угодно может случиться завтра и послезавтра. У него в этом смысле… Другое дело, что стратегия уже проиграна: и экономика проиграна, проигран статус России – все это проиграно. И привет от цифры 52,5 – нашей экономики.

К.Орлова
― В связи с этим вам вопросы задают. Просят прокомментировать выступление Александра Лукашенко, который заявил, что «Брянск наш». Это вот, что? Это просто обыкновенный Александр Лукашенко, как всегда...

В.Шендерович ― Это в каком-то смысле обыкновенный Александр Лукашенко, который - очень талантливый демагог и популист. А сейчас Лукашенко – я уже говорил: вот, кто должен был свечку Путину поставить, так это Александр Григорьевич, конечно, потому что он же был «последний тиран Европы», он же был крайний, глаз на резкость на него же был наведен. Задача устранения Лукашенко из центра Европы – это же была некоторая задача цивилизованных стран вокруг. А тут вдруг выясняется, что Лукашенко – это детский лепет. И он очень удачно использовал изменение статуса, и он играет в свою игру совершенно замечательно! Он может себе позволить. Сейчас Европа ему благодарна за то, что он не полностью поддерживает Путина. У него есть козыри для торговли, которых не было раньше. В этом смысле он, конечно, должен сказать спасибо Путину. Конечно, он не собирается – он же не дурачок – никакой войны за Брянск и Смоленск не будет, но понабирать очки – почему бы и нет, когда такая карта идет?

К.Орлова ― Но все же возвращаясь к планам Путина, о которых, конечно, мы ничего не знаем, но, тем не менее, есть несколько версий о том, например, что нужно дотянуть до парламентских выборов. Потом там сегодня – слышали? – готов собраться «третий Майдан» под руководство Тимошенко. То есть, как вы считаете, ваше мнение по этому вопросу?

В.Шендерович ― Еще раз: я не хочу никаких политологических версий, потому что я про это все сам читаю у вас же на сайте, и у меня нет никаких...

К.Орлова ― Да, но вы же складываете, свое какое-то мнение из этого делаете?

В. Шендерович ― Нет, то, что он будет сучить лапками изо всех сил, и то, что он будет всячески мутить дальше воду, потому что в мутной воде у него есть какие-то шансы, а в чистой воде – никаких. Потому что все кругом преступно, нелегитимно, начиная с него самого. Поэтому, конечно, мутная вода – это нормальная среда его политического обитания. Поэтому, да, где можно замутить, там будет замучено – в этом можно не сомневаться. Постоянно будут меняться повестки, постоянно будут инициативы, постоянно будут новые «победы Путина» и - «снова он всех переиграл» - это все будет продолжаться, разумеется, потому что мы никак не можем навести глаза на резкость, поскольку он все равно побеждает, все время меняя повестки, меняя правила – по новым правилам опять побеждает! Правда, в итоге мы глубокой заднице как страна.

К.Орлова ― А, кто это побеждает?

В.Шендерович ― Путин.

К.Орлова
― А где это он побеждает?

В.Шендерович
― Ну, везде! Вы просто не следите за Марковым. Кругом победы Путина. Он опять всех переиграл, ну что вы!

К.Орлова
― Нет, ну это в мозгу Маркова, может, он...

В.Шендерович
― Нет, ну Марков... Это мы с вами… господи! А Марков – это ого! И они все..., это все телевидение, вся страна живет в этом прямом уколе в голову. Поэтому - да, он будет продолжать сучить лапками, разумеется. А как же иначе?

К.Орлова
― Про Казахстан вас еще спрашивают тут в сообщениях, я думаю, что имеется в виду история...

В.Шендерович
― Я испугался, что мы в Казахстан вошли. Нет, не вошли еще?
К.Орлова ― Нет-нет, вот с этим возможным сепаратизмом, который там зарождается… русские… И туда же совершенно неожиданно: впервые власти Москвы запретили проведение «Русского марша». Вот неделю назад мы обсуждали, что вроде как он… И никто не сомневался, что он будет. Ну, кстати, не запретили, но и не согласовали…

В.Шендерович
― У меня пока вызывает досаду то, как не согласован «Русский марш», потому что позиция власти лукаво-вороватая, как всегда: не согласовали маршрут. Нет, братцы мои, есть «Русский марш», есть Демушкин, есть толпы, вскидывающие руки в нацистском приветствии, есть фашисты на улицах Москвы, есть абсолютно ксенофобские, преступные, разжигающие национальную и расовую рознь лозунги. Если запретите их принципиально, тогда это политика, а несогласование маршрута – это что-то привычно воровато-лукавое, которое только усиливается, разумеется, их позиции, - потому что власть не должна разговаривать воровато-лукаво! Если есть закон, если это нормальная власть, то есть основания этот «Русский марш»… - тут Навальным нам объяснял, что он разный, но разный-то разный… Повторяю, если у нас пойдут славянофилы, если Аксаков с Киреевским пойдет, то это одна история. Когда идет Демушкин с Тором – это другая история, когда «зиги кидают». Значит, вот этот «Русский марш» можно запретить по законным основаниям, а не валять дурака, отводить глаза и придумывать несогласование маршрута. Вот моя позиция по этому вопросу.

К.Орлова
― То есть ставить себя в оппозицию или делать оппозицию из «Русского марша» власть не хочет, таким образом.

В.Шендерович ― Я не знаю, что они имеют в виду, я могу только догадываться, но то, что они вещь, которую можно и должно на мой взгляд сделать абсолютно с позиции закона; то, что они делают воровато, отводя глаза и ставя себя в идиотское положение - и всех нас, разумеется, заодно – это факт.

К.Орлова
― А вот оппозиция, которая либеральна оппозиция – ей вот националисты нужны в своем каком-то...

В.Шендерович
― Я не очень понимаю. Зачем мне может быть нужен Демушкин, я ума не приложу.

К.Орлова
― Но когда-то вместе выходили на марши.

В.Шендерович ― Нет, я не выходил вместе с Демушкиным на марши. Нет, я на «Русский марш» не ходил.

К.Орлова ― Нет. Они не ходили на марши оппозиции…

В.Шендерович
― Они ходили? Пожалуйста, если Демушкин за свободные выборы и за либеральные ценности, то он имеет право выйти – я не могу его выгнать. Он имеет право присоединиться к нашему с вами маршу за либеральные ценности. Это уже его шизофрения, а я на русские марши не ходил.

К.Орлова
― Виктор Анатольевич, гендиректор аэропорта «Внуково» и его заместитель подали в отставку из-за трагедии сFalcon. Ну, и ранее официальные представитель СКР заявил – цитирую: «Очевидно, что причиной случившегося стала вовсе не жуткое, трагическое стечение обстоятельств, как это пытаются преподать представители аэропорта, а преступное попустительство должностных лиц, которые не могли обеспечить согласованность действий сотрудников аэропорта». То есть это, по-моему, не очень частый случай, когда ответственность возлагается не на самых мелких…

В.Шендерович
― Не на «стрелочников», а на руководство.

К.Орлова
― Да. А на реальных «топов»…

В.Шендерович
― Я думаю, это связано с фигурой погибшего, с его статусом, и что он возвращался, собственно говоря, с мероприятия из этого клуба… я забыл, как он называется, но, по сути, это Клуб Людей Презревших Санкции – так назовем его. Это очень близкий, очень важный человек, очень высокого статуса для России. Гибнут люди в авиакатастрофах, и довольно часто. Я не припомню, чтобы так немедленно уходили в отставку крупные должностные… Всегда находились какие-то стрелочники и так далее.

К.Орлова ― Ну, да. Метро достаточно вспомнить.

В.Шендерович ― Да-да. Хотя - гораздо более вопиющий тяжелый случай, просто по количеству... Но нас много, а он был один. Тут, по крайней мере, видится государственная рука - в таком стремительном уходе в отставку. Они подали самостоятельно в отставку, они не уволены (они сами подали в отставку), но я так думаю, это связно, конечно, с фигурой погибшего.

К.Орлова ― Ну, а вообще, этот случай… Не знаю, действительно ли был пьяным этот снегоуборщик, его адвокат отрицает, но, тем не менее, вообще, это симптом какой-то, если уж в терминале бизнес-авиации, где должно быть все получше как бы за деньги…

В.Шендерович ― Все должно быть получше за деньги. Другое дело, что никогда за секунду не знаешь, где именно… Это уже закон больших чисел. Где это произойдет, мы знать особенно не можем. Но, то, что страна одна и то, что ДНК один, и то, что если бардак и коррупция в одном месте, то странно предполагать, что 9 местах из 10 он есть, а в 10-м вдруг его нету – так не бывает. А, где эта стрелка, где эта проволочка отойдет, где именно это повлечет жертвы – тут не угадать. Ну, конечно, симптоматика, потому что я не припомню такого. Правда, я не то, чтобы совсем слежу за этой статистикой, но так, навскидку – я не припомню такого в европейский аэропортах. Это что-то такое… африканское. Вот там, где могут переворачиваться паромы, где вот так это может быть – чтобы в бизнес-классе из-за пьяного снегоуборочника…

К.Орлова
― Ну, или даже не пьяного, но тем не менее.

В.Шендерович
― Но, тем не менее, конечно, в этом есть симптоматика определенная.

К.Орлова
― Давайте все-таки про Евгения Киселева, которого по его словам депортируют из Украины. Прилетел он в Киев, в аэропорт Борисполь, там его не пропустили на границе, ему была вручена бумага о депортации, которую выдал уполномоченный орган. Об этом говорит сам Евгений Киселев, журналист. Несмотря на то, что у него есть вид на жительство, сейчас… ну, или час назад он находился в комнате депортированных и видимо ожидает…

В.Шендерович ― Совершенно непонятно, что тут комментировать, потому что ничего, кроме этой информации у нас нет, и нет даже никакой версии ни у самого Киселева, ни у украинской стороны. Как я понимаю, ничего кроме факта депортации пока не озвучено.

К.Орлова
― Да.

В.Шендерович ― Ну, а что тут тогда можно комментировать? Я думаю, что в ближайшие часы появится информация какая-то.

К.Орлова
― Хорошо. Тогда про «Норд-Ост» еще хотелось бы услышать, потому что 12 лет назад он был захвачен. Помните – ну, конечно, помните – как вы тогда воспринимали этот теракт, и как-то изменилось ваше ощущение?

В.Шендерович
― Это был один из самых… вот были минуты, стыдные для меня. Я пришел в студию – это была другая студия, через коридор – студия "Эха" сразу после того, как это случилось, когда было сообщено, что: блестящая операция спецслужб, всего несколько человек погибло, заложники освобождены, преступники убиты. И я как-то был вдохновлен, что это разрешилось без большой крови, и я что-то такое сказал, что… ну, конечно, не слава Богу, потому что все-таки погибли люди, но, слава Богу, что так – могло быть больше. И, когда я вышел из студии, я просто уткнулся во входящего в студию Алексея Венедиктова, который мне сказал: «Не торопись». И только пошла информация из больниц об этом газе, только-только началась проясняться картина. И, конечно, через неделю, когда у меня была программа… Ну, естественно, программа в этот день там не вышла, программа на телевидении, - а через неделю, когда уже была ясна картина, и что это было массовое убийство со стороны власти, безусловно. Спланированное массовое убийство со стороны власти. Когда начало все проясняться - это был очередной поворот, очередная сдвижка к тому беспределу, в котором сейчас находимся, к тому административному аду. О том, как использовала потом власть это для сведения счетов, для уничтожения, «доразгрома» компании НТВ… - тоже я помню очень хорошо. Я помню ложь Путина про то, что прямой эфир ставил под угрозу жизнь заложников. Это была ложь. Я тогда еще общался со своими коллегами компании НТВ. Не было прямого эфира. Репортаж Колпакова пошел (в эфир), когда штурм уже шел. Никакой угрозы жизни заложникам это представлять не могло. Путин лгал для того, чтобы доразгромить компанию НТВ. И эта мерзость, эти слова прозвучавшие тогда: «пиар на крови… если он считает этих людей своими соотечественниками» – в адрес Йордана - это было тогда сказано. Доразгром компании. Вот - «Норд Ост» был поводом. Журналисты НТВ - кажется, в последний раз в истории своей компании - они выполнили свой журналистский долг тогда, в ту ночь. И были разгромлены. Это я помню тоже очень хорошо. Это был один из случаев смертельной лжи Владимира Путина; не первый и не последний.

К.Орлова ― Ну, а сейчас, вот 12 лет прошло...

В.Шендерович ― Ничего. Виновные в гибели не наказаны, лгавшие не наказаны. Ястржембский, насколько я помню, в полном порядке и в монастыре не отмаливает свою ложь. Васильев, лгавший в ту ночь – депутат Государственной думы. Я ему недавно миллиончик заплатил. Все эти люди, лгавшие, покрывавшие преступления, все на своих местах, и не просто на своих местах, а повыше еще сделали карьеры. Ну, и на своем месте Владимир Путин, который, собственно говоря, во всей красе вот тогда и начал расцветать.

К.Орлова
― Да, кстати, я тут подумала, что этой фразе: «Путин – есть России, нет Путина – нет России» - ведь и ответственность возложена.

В.Шендерович
– А―а, нет! В этой формуле нет ответственности. Ответственность есть в демократической…

К.Орлова ― Неудавшаяся спецоперация, мягко говоря...

В.Шендерович
― Для того, чтобы об этом говорить, нужна свободная пресса. Для того, чтоб это расследовать, нужен независимый суд. Для того, чтобы настоять на парламентском расследовании, нужен парламент. Ничего этого нет при Путине - и быть не может. Никакого Путина бы не было, если бы он не разгромил независимую телекомпанию НТВ. Не было бы Путина никакого, если был независимый парламент, независимый суд и так далее. Он взял под контроль, начав с прессы, как его предшественники, - он взял под контроль все. Никакой ответственности за свои просчеты и преступления он не несет, как не несет ни Ким Чен Ир, ни Аятолла Хомейни, ни Ислам Каримов, ну и так далее по алфавиту.

К.Орлова ― Виктор Анатольевич, чуть-чуть вопросов. Много вам присылают вопросов на сайт, но немного из них содержательных, но, тем не менее. Вот спрашивают вас: «Виктор, не боитесь ли вы, что история с Ельциным повторится?» Вспоминается, конечно, ваш прошлый эфир и ваш пост, ваш блог по поводу Навального.

В.Шендерович
― Какой?

К.Орлова ― Сейчас. «Тогда после путча ему так же была выражено неограниченное доверие – итог печален. Ваши авансы Навальному сегодня, несмотря на спорные моменты не то же самое? Почему тогда нельзя было, а сегодня можно».

В.Шендерович
― Совершенно очевидная разница. Контролировать надо власть. Надо делать все для того, чтобы контролировать власть! Сегодня Навальный – политический заключенный, которые пытается контролировать власть. Именно поэтому он и сидит. Никто уже не помнит: за французские духи, за вятский лес – за что он сидит? Все знают, почему он сидит! Он сидит, потому что он пытается противодействует власти. Он за это сидит. Его надо поддерживать. Когда он заступит на территорию власти, - вот на ту меру, на которую он заступит на территорию власти, его надо контролировать, как и любого другого, вот и все.

К.Орлова
― Еще один вопрос популярный. Вам его присылают примерно каждый раз.

В.Шендерович ― Да, «примерно каждый раз», да!

К.Орлова
― «Когда вы наконец уедете в США?» Почему-то именно США.

В.Шендерович
― Почему? Обычно был Израиль. Что-то... изменилась политика как-то? То есть - США. Понятно. Рад вам рассказать: я планирую это сделать в феврале на месяц. Я уеду, я оставлю вас в покое. Я не знаю, добавит ли это вам счастья и дарований (тем, кто это спрашивает), станете ли вы счастливей и талантливей, не знаю, - но я на месяц вас оставлю в покое.

К.Орлова
― Еще один вопрос, который мне понравился. Макс Карев вас спрашивает: «Виктор, кто более утончен как писатель: Майк Тайсон или Шаргунов?»

В.Шендерович
― Ничего! Вы знаете, я не знаю, как относиться к этому событию, до какой степени это анекдот. Все может быть правдой, как известно, в некоторые времена. Я думаю, что если Рамзан Кадыров может быть членом Союза журналистов, почему бы Тайсону не быть членом Союза писателей. Не вижу, почему бы «благородному дону» не вступить в наш Союз. Что касается…

К.Орлова
― Вопроса…

В.Шендерович
― Утонченности?

К.Орлова ― Да.

В.Шендерович
― Ну, честно говоря, Тайсон мне кажется немного скоординированней.

К.Орлова
― И последнее: приходят срочные новости с ВалдаяГлава администрации президента России Сергей Иванов сказал, отвечая на вопрос, буде ли силовым образом пресекать попытки спекуляции и роста цен, сказал – конечно, будет. А, как это? Можете коротко сказать, как это силовыми методами? Громить, убивать...

В.Шендерович ― Содержание головы... это Сергей Борисович у нас, который?

К.Орлова
― Да. Сергей Иванов – глава администрации президента.

В.Шендерович ― Да? Иванов-7-й, помните, был у Чехова? На что было сказано: «Хоть ты и 7-й, а дурак» - это у Чехова. Я не знаю. Содержание головы Сергея Борисовича темно для меня. Я не знаю, что он имел в виду, но главное, что и спросить-то некому. Спросить-то некому: «Дорогой, вы что имели в виду?» Вот так сунуть микрофон «в лайф» и услышать ответ. «Уточните, что вы имели в виду?» Все как-то вот всосали и живут дальше. Ну вот, такая страна.

К.Орлова ― Новость пришла срочная, может быть, появится расширение. Возможно, кто-то из тех, кто находится на Валдае, спросит – наберется смелости – у Сергея Иванова, что же он все-таки имел в виду.

В.Шендерович ― Как было сказано у Жванецкого, «ждем вспышек памяти или сведений с мест» - как то так?

К.Орлова ― Виктор Шендерович был в программе "Особое мнение". До свидания!
Tags: Путин, Шендерович, новая российская хрень
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments