Евгения Соколов (jennyferd) wrote,
Евгения Соколов
jennyferd




ДЕВЯТОЕ АВА 10 ЛЕТ СПУСТЯ: УРОКИ РАЗМЕЖЕВАНИЯ ЗА ГРАНИЦАМИ СКОРБИ.
Автор - Габриэль ВОЛЬФСОН, редактор сайта Newsru.co.il.

26.07.15

Дни памяти, траурные церемонии и иные атрибуты культа смерти и краха издавна вызывают у меня двойственные чувства. С одной стороны, никто не спорит с необходимостью хранить память о, приведем самый крайний пример, Катастрофе европейского еврейства в годы Второй мировой войны. Сохранить память можно только, возвращаясь и возвращая других к тем дням, событиям, давая сцену участникам, фиксируя воспоминания очевидцев.

И все же, как нельзя двигаться вперед, не помня о прошлом, так невозможно правильно проработать в общественном сознании прошлое, не делая из него выводов на будущее. А с этим, в такие частые в Израиле дни памяти по самым разным поводам, дело обстоит, мягко говоря, неудачно.


* * *
Десять лет тому назад девятое ава тоже было в воскресенье. Тогда это было 14 августа. В этот день начинался мой отпуск, и провести его я планировал на юге. Только, в отличие от отпуска на советском юге, в данном случае речь шла не о Сочи, а о Газе, где на следующий день начиналась реализация программы одностороннего размежевания, а, говоря по-русски, депортация жителей, отказавшихся добровольно покинуть свои дома, а также тысяч "оранжевых" активистов, правдами и неправдами пробившихся в Газу.

Корочка корреспондента московской "Независимой газеты" была основанием, позволявшим мне добиваться разрешения на въезд в Газу. Более двух тысяч сотрудников СМИ со всех концов света съехались в Израиль, мечтая так же, как и я, в эти драматические дни оказаться там, где происходят события, привлекающие внимание всего мира.

В Газе я провел пять дней. Видел, как в полночь 15 августа отказался подчиниться приказу о закрытии Газы... шлагбаум на КПП "Кисуфим". Его планировали на глазах у журналистов торжественно опустить навсегда, а он отказывался, самовольно поднимался и лишь с третьей попытки замер в горизонтальном положении.

Видел, как 16 августа жители поселения Нецер-Хазани отказались впустить в поселок солдат, пришедших раздавать повестки о депортации. Видел, как 17 августа бесконечная шеренга одинаковых фигур в военной форме и в темно-синих (черных? об этом спорят до сих пор, а я дальтоник) комбинезонах шла по Неве-Дкалим, рассредотачиваясь от дома к дому. Видел, как тем же вечером последние защитники поселка держались на крышах домов, посередине бывшего населенного пункта догорали покрышки и баки с мусором, но все уже было кончено.

Видел, как утром 18 августа ликвидаторы пришли в Шират а-Ям, который считался местом, где собрались особо непримиримые "оранжевые". Четыре часа потребовалось людям в форме, чтобы покончить с этим мини-поселком на берегу моря, высокопарно именовавшимся "санаторием Гуш Катифа". Ранним утром 19 августа мы выехали из Газы. Пока навсегда.

За прошедшие десять лет не было, наверное, дня, когда я не думал о тех событиях. Думал по - разному. Сквозь слезы, сквозь красную пелену, застилавшую глаза от ощущения бессилия перед свершившимся злом, сквозь непреодолимую радость на фоне краха карьер и жизней тех, кто организовал, спланировал и реализовал этот кошмар.

И все же с годами эмоции становятся менее острыми, а им на смену приходит естественная попытка осмыслить, почему так произошло, и как должно быть, чтобы подобное не повторилось никогда. К сожалению, официоз правого лагеря вообще и национально-религиозного движения в частности, так занят скорбью каждое Девятое ава, что искать ответ на вопрос "а что же дальше", у него просто не остается времени. В этом отношении израильские правые ничем не отличаются от своих левых оппонентов, которые каждую осень самозабвенно упиваются воспоминаниями об убийстве Рабина, не делая из этой трагедии никаких выводов.

Поражение в Гуш Катифе было предопределено четырьмя факторами, и, думая о возможности повтора аналогичной ситуации, правым необходимо уже сейчас трезво отдавать себе отчет в том, что без эффективного изменения всех этих четырех факторов, следующее размежевание будет реализовано также "тактично и твердо".

Прежде всего, необходима влиятельная и агрессивная политическая сила. Решения в демократическом государстве принимает избранная власть, и, как сказала после разрушения поселений в Синае Геула Коэн, "когда нужно создавать движение за остановку отступления – это означает, что уже поздно". Перед размежеванием у правых была возможность свалить правительство Шарона и, по крайней мере, осложнить осуществление депортации.

Глава тогдашнего МАФДАЛя Звулун Орлев долго цеплялся за место в коалиции и вышел из правительства лишь после того, как размежевание было утверждено. Нетаниягу, обещавший подать в отставку, если не будет объявлен всенародный референдум, своей угрозы не выполнил. Орлеву того, как он себя повел, не простили, и его в Кнессете больше нет. За Нетаниягу правые, в том числе поселенцы, продолжают прилежно, и мне до сих пор это непостижимо, голосовать.

Второй фактор – готовность идти на жесткую конфронтацию и плату цены за нее. Борьба против размежевания проходила под слезовыдавливающими лозунгами "Еврей не изгоняет еврея" и "Во мне есть любовь, и она победит". Эти лозунги хороши для маевок молодежных организаций и агиток "Сохнута". Еврей еще как изгоняет еврея, а любовь побеждает лишь в фильмах. Для победы над властью нужна готовность к большему, чем к трехдневной тусовке в Кфар-Маймоне. И не нужно насилия. За время своего развития человечество выработало немало методов эффективного давления на зарвавшуюся власть. Забастовки, перекрытие шоссе, блокирование доступа в святая святых среднего израильтянина – аэропорт Бен-Гурион, оказание пассивного, но ощутимого сопротивления ликвидаторам на месте событий, – все это должно было быть частью репертуара сражавшихся за Гуш Катиф.

Летом 2005 года страна должна была быть парализована. Вместо этого мы стали свидетелями отвратительных сцен, когда изгоняемые из домов люди в слезах и со словами любви бросались на шею к тем, кто пришел их изгонять. А когда Пинхас Валерштейн, один из наиболее влиятельных в поселенческих кругах людей, заявляет, что до сих пор верит в лозунг про любовь, которая победит, складывается впечатление, что уроки не выучены.

Третий фактор – армия. Отсутствие массированного отказа выполнять преступный приказ власти, кинувшей армию против собственного народа, был наибольшим для меня шоком тем летом. Хотя удивляться особо было нечему. Когда генералы, считавшие размежевание катастрофой, ездили по частям, убеждая солдат не отказываться от выполнения приказа, то чего можно ожидать от лейтенантов и капитанов? Армия быстро меняется, в том числе демографически, и можно предположить, что в следующий раз, если он настанет, ситуация будет выглядеть иначе.

И последний, крайне важный фактор – СМИ. О том, как себя вела мэйнстримная пресса в 2005 году, говорилось за эти годы достаточно. Крайне тяжело выиграть борьбу, когда почти из всех эфиров и со страниц почти всех газет льется ее постоянная дискредитация. Жаловаться на предвзятость СМИ – это примерно то же самое, что плакать по поводу ветра зимой и жары летом. Единственный способ бороться с этим – становиться прессой самим. Пробиваться в мэйнстрим, занимать ключевые позиции. Это процесс длинный и сложный, но он идет. "Лучшие в СМИ", - сказал в свое время покойный Ури Орбах. Сегодня это актуально как никогда.

Десять лет назад пост Девятого ава тоже был в воскресенье. Начиналось изгнание. Эта (наша!) страна не может себе позволить еще одного такого эксперимента. Его просто не должно быть.
Tags: Нетаниягу, аналитика, итнаткут, левые, хамнет
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments