Евгения Соколов (jennyferd) wrote,
Евгения Соколов
jennyferd

Categories:

ЗАМЕЧАТЕЛЬНАЯ СТАТЬЯ!

"НАСЛЕДИЕ РАБИНА" ПРОТИВ ГУМАНИЗМА.
Автор - Ася ЭНТОВА.

3 ноября 2015 года, сайт http://9tv.co.il

Image Hosted by PiXS.ru
Политолог Ася Энтова.


"Фестиваль Рабина" каждый год продолжается с еврейской даты убийства — 12 хешвана по 4 ноября. Уже 20 лет левые по всем каналам поют дифирамбы его наследию, а для меня, как и для подавляющего большинства израильтян, его наследие — это в первую очередь полторы тысячи убитых за прошедшие 22 года арабского террора и создание на библейских землях фермы по выращиванию террористов под названием "Палестинская автономия".

Именем Рабина нас загнали в ситуацию, где мы должны решать вопрос: убивать или самим быть убитыми. Из такой ситуации нет выхода без душевной травмы.

Характерно, что в дни, когда поминают 20-летнее наследие Рабина, не проходит и нескольких часов без того, чтобы арабы не напали на евреев. С ножом, камнями, бутылками, автоматами, наезжая машиной или обстреливая ракетами... Неудивительно, что свидетели терактов уже готовы убить террориста собственными руками. "Почему этого террориста не убили на месте?", — удивляется старушка — божий одуванчик, смотрящая вместе со мной кадры теракта в Ришон ле-Ционе. "Не скатываемся ли мы до их уровня, не убьет ли террор нашу душу?" — спрашивает мой друг в "Фейсбуке". И оба они правы. Неправы только те, кто об этом молчит. Потому что восхваляющие наследство Рабина молчат о том, что страшной ситуации, порождающей такие вопросы, можно и нужно было избежать.


Права старушка и по-своему правы граждане Ришон ле-Циона, поймавшие террориста и не желающие отдавать его подоспевшей полиции. Потому что мы — на войне, а на войне не судят каждого отдельного солдата и не всегда есть возможность брать пленных. На войне стреляют по врагу независимо от того, нанес ли он уже удар или только готовится и выжидает нового удобного случая. А в наших условиях все хорошо понимают, что если террорист выживет, то вскорости освободится из тюрьмы и опять начнет убивать.

Прав и мой друг, потому что даже если необходимо казнить террориста, мало кому принесет радость стать палачом. Призывающие к милосердию (а не к справедливости) по отношению к террористам делают это в первую очередь ради спасения наших собственных душ. Голда Меир сформулировала это так: "Я никогда не прощу арабам то, что они заставили наших детей учиться их убивать". Но в поколении Голды Меир у детей-солдат действительно не было другого выхода. Они воевали и победили. У нас же — у премьер-министра Рабина и у всех израильтян, включая новых репатриантов, приехавших сюда в начале 90-х, уже появилась возможность жить без войны.

Когда после выборов 1992 года Рабин пришел к власти, мирное сосуществование с арабами было реальностью, более того, сам естественный ход событий улучшал и упрочивал сложившееся положение. Окружающие нас арабские страны уже не решались начать войну против нас. Пошел на спад и арабский террор внутри страны. Первая интифада (бунт арабов в 1988–1989 годах), успехам которой арабы обязаны Рабину на посту министра обороны, закончилась, как только он ушел с этого поста. Дороги стали спокойными, еврейские поселения в Иудее и Самарии активно строились и заселялись. Говорю об этом как свидетель. Летом 1991 года мы переехали в Карней Шомрон, и я с любопытством раскатывала на новой, купленной по репатриантской скидке машине, и в Шхем, и в Рамаллу, и в Хеврон, а на работу каждый день ездила по главной улице Калькилии.

Объединявшая тогда множество террористических движений ООП одновременно лишилась всех своих покровителей и спонсоров. СССР развалился, Саддам Хусейн проиграл, а поддержавший его Арафат лишился спонсорства нефтедобывающих стран. Мощная алия упрочивала демографический перевес евреев и способствовала взлету израильского хай-тека и экономики в целом. Надежда арабских экстремистов нас уничтожить — главный стимул их террора — таяла на глазах, а сам лидер ооповских террористов вынужден был отсиживаться в Тунисе. Арабы Иудеи, Самарии и Газы были готовы признать нашу власть и только мечтали о возвращении еврейских покупателей и работодателей, утраченных во время последнего бунта.

Посмотрите на график жертв террора. Опустившаяся в 1990 году кривая вновь взлетает вверх в 1993-м после того, как стало известно о запланированном норвежскими соглашениями отступлении Израиля.

Image Hosted by PiXS.ru

Заключенный Рабиным в 1993 году договор Осло дал арабам понять, что Газа нам не нужна, что мы находимся в Иудее и Самарии временно, и этим он снова подал арабским экстремистам надежду избавиться от нас. А возможность для этого Рабин предоставил, доставив из Туниса опытного террориста и его банду, вооружив их и вручив им власть.

Осуждающие сейчас на всех площадях насилие левые должны были бы в первую очередь вспомнить, как без колебаний Рабин отдал палестинских арабов под оккупацию Арафата, повторяя, что приехавшие из Туниса бандиты разберутся с подвластными "без БАГАЦа и Бецелема". Арабов, много лет успешно помогавших израильтянам бороться с террором, арафатовцы долго и мучительно убивали на площадях, а наша армия стояла в нескольких километрах и не вмешивалась. Так арабов приучали к тому, что террорист — это звучит гордо, а быть террористом к тому же очень выгодно. У террористов деньги и власть, а над простыми работягами висят страшные подозрения в "сотрудничестве с сионистами". Опыт показал, что бандитская автономия накрыла своей страшной тенью так же и арабов-граждан Израиля. Почти все арабы, которые сегодня нас режут, жгут, давят и стреляют, родились уже после заключения норвежских соглашений. Рабин и его клика привели к тому, что арабские дети, родившиеся после "Осло" и в Хевроне и в Умм-эль-Фахме, не знают игр лучше, чем "итбах аль яхуд".

Так нас, евреев-израильтян, сделали соучастниками "партнеров по переговорам", создавших новый народ — "народ палестинских террористов". Мы не просто терпим это, хотя могли бы давно покончить с террористической "автономией", что ЦАХАЛ не раз уже демонстрировал. Мы это еще и оплачиваем и снабжаем террористическую власть всем необходимым. И этот построенный и поддерживаемый с нашей помощью завод по производству террористов оставил нам только один выбор: убить террориста или самим быть убитыми.

Нет никакого смысла для очистки совести всерьез обсуждать, нужно ли стрелять в террористов на поражение или только "нейтрализовывать" их, а после тщательно выхаживать в еврейских больницах и откармливать в тюрьмах. Не это является настоящей моральной дилеммой. Давайте честно признаем: казним ли мы арабских убийц на месте или отпустим их в очередной раз из не такой уж страшной израильской тюрьмы — мы все равно не избавимся от своей доли вины за то, что, оказавшись под властью террористической "Палестинской автономии", они с детства растут убийцами. Как бы мы дальше с ними ни поступили — они уже искалечены раз и навсегда.

Но жалею я не их, а своих братьев-евреев, которых "наследие Рабина" принуждает каждый день задавать себе такие зловещие вопросы. Потому что даже если мы успеваем убить террориста, прежде чем он убил нас, непоправимый вред он нам уже нанес. И нравственная реакция на сложившуюся ситуацию может быть только одна. Каждый день, который мы продолжаем как "наследники Рабина" сотрудничать с террористической властью автономии, только усугубляет нашу вину, как бы мягко мы ни вели себя с пойманными убийцами. Сегодня наш выбор не между жизнью и гуманностью, а между навязываемым нам "наследием Рабина" и гуманной жизнью...
Tags: аналитика, левые, личность, террор
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments