Евгения Соколов (jennyferd) wrote,
Евгения Соколов
jennyferd

Categories:
Перепечатываю статью Якова Шауса с некоторых запозданием. Ольмерт уже не просто осуждён, он уже начал отбывать свой срок, данный как в шутку за все его предгрешения - всего полтора года плюс месячишко. Да и его тюремное пребывание началось в особом, специально отремонтированном для "высокого гостя", корпусе. И жена уже посетила его вопреки всяким тюремным правилам, согласно которым должно пройти несколько месяцев после начала отсидки... Что и говорить, не все перед законом равны.
------------------------------------------------------

ТРАГЕДИЯ ИЗРАИЛЬСКИХ СУДЕЙ: ПРИХОДИТСЯ САЖАТЬ ОЛЬМЕРТА!
Автор - Яков ШАУС.
10 февраля 2016 года.

В Иерусалиме завершилось рассмотрение последнего дела израильского экс-премьера. За создание помех следствию Ольмерту добавили... один месяц тюрьмы. В общей сложности он отсидит - после почти десятка уголовных расследований - год и семь месяцев. Никто не сомневается в том, что будь на месте Ольмерта рядовой израильтянин, он так легко не отделался бы. Впрочем, у рядового гражданина нет возможности столько натворить...


Сегодня Иерусалимский мировой суд рассмотрел еще одно дело бывшего премьер-министра Израиля Эхуда Ольмерта. Наше правосудие уже разобралось с историями о «конвертах с купюрами» и о стройке века «Холиленд». Но одна из главных подозреваемых на этих процессах Шула Закен, бессменная руководительница канцелярий Ольмерта, представила записи разговоров с боссом, в которых он пытался заставить ее отказаться от опасных для него показаний. Эти факты стали основанием для отдельного расследования.

Создание помех следствию – серьезное правонарушение, наказание за которое должен был определить суд в Иерусалиме. Тем не менее все уже привыкли к тому, что когда в роли подсудимого оказывается Ольмерт, «прейскурант» наказаний резко меняется в его пользу. На этот раз опровергнуть аудиозаписи или двояко трактовать их было невозможно. Поэтому ушлые адвокаты экс-премьера добились внесудебной сделки с прокуратурой: Ольмерт признается в создании помех следствию, его накажут 6 месяцами тюрьмы, но этот срок будет «поглощен» полутора годами заключения, которые он отсидит по «делу Холиленд».

Решение судьи Иерусалимского мирового суда Авиталя Хена стало маленьким сюрпризом. В своем выступлении он пожурил сделку между защитой и обвинением, отметив, что госпрокуратура поставила суд в сложное положение: получается, что за создание помех следствию Ольмерта фактически не накажут. Судья внес в приговор коррективы: один месяц тюрьмы, который не будет «поглощен» наказанием за «Холиленд», и выплата штрафа в 50 тысяч шекелей.

Таким образом, на следующей неделе Эхуд Ольмерт станет обитателем тюремной камеры, где проведет в общей сложности год и семь месяцев. Участники внесудебной сделки были раздосадованы даже предельно мягким приговором Авиталя Хена и после оглашения вердикта отказались отвечать на вопросы журналистов. Адвокаты Ольмерта лишь высказали сожаление по поводу того, что многочисленные суды не учли огромных заслуг их подзащитного перед государством и не поняли, как много он пережил за это время.

В криминальной биографии бывшего премьер-министра осталась одна неясность. По делу о получении конвертов с наличными от бизнесмена Талански он приговорен к 8 месяцам тюрьмы. По этому поводу подана апелляция. Верховный суд должен рассмотреть ее. А вдруг сидение Ольмерта еще немножко удлинится?

Возможно, общественности не надо проявлять кровожадность и сожалеть, что Ольмерт относительно легко отделался. Все-таки человек, хамски оскорблявший госпрокурора, госконтролера, журналистов, клявшийся с телеэкранов, что никогда не брал взяток, оказался за решеткой. Страна убедилась в том, что даже руководителям самого высокого ранга не дозволено нарушать закон. Но можно ли считать судебную эпопею Ольмерта торжеством закона и подтверждением высочайшей репутации израильской Фемиды?

Наши судьи испытывают приступы человеколюбия, когда на скамье подсудимых оказываются самые влиятельные персоны. Приговоры становятся предельно либеральными, иногда символическими, а то и вовсе оправдательными. Не зверствуют и суды высших инстанций, рассматривающие апелляции. Как известно, обвинения по «делу Холиленд» были столь тяжкими, что Ольмерт все-таки получил 6 лет тюрьмы, но Верховный суд сократил срок до полутора лет! Другому бывшему мэру Иерусалима Луполянски первоначальное наказание – те же 6 лет тюрьмы – вообще аннулировали «ввиду тяжелого состояния здоровья». По поводу последней формулировки даже правоведы недоуменно заявили, что справка от врача – не юридический аргумент. И действительно Луполянски исправно являлся на допросы, присутствовал на заседаниях суда отнюдь не в инвалидной коляске. Мог поприсутствовать и в камере. Если заключенному становится плохо, израильская медицина поможет. Не в России живем, где человека можно насмерть замучить в тюрьме.

Все решения прокуратуры и судов по делам Ольмерта содержали длинные и сложные рассуждения, всегда сводившиеся к тому, что обвинения недостаточно обоснованны, а иногда просто нет состава преступления. В марксизме существует понятие «диалектической логики» - ее часто предпочитают банальной формальной логике наши следователи и судьи. Предельно кратко напомню некоторые дела Ольмерта.

Ольмерт продал свой иерусалимский дом по завышенной цене своему другу – иностранному миллиардеру. При этом продолжал в нем жить. Всякое бывает – рассудили следователи и закрыли дело. Их не заинтересовало то, что друг финансировал избирательные кампании Ольмерта.

Прокуратура не пожелала заниматься логическими выкладками и в «деле о покупке квартиры на улице Кремье». Подрядчик продал жилье Ольмерту со скидкой в 300 тысяч долларов – примерно миллион шекелей! Кто-нибудь видал таких подрядчиков-филантропов? Следствие не стало искать причины убыточной сделки (а подрядчик хотел получить заказ на реставрацию целого иерусалимского района...) и закрыло дело.

Ольмерт как министр финансов вел задокументированные переговоры о приватизации (по дешевке и практически без конкурса) Банка Леуми иностранным миллиардером – опять же приятелем и спонсором. Дело закрыли – ведь из-за вмешательства аудитора минфина Ярона Зелихи сделка сорвалась.

Ольмерт оформлял в фирме «Ришон-турс» полеты за границу, которые оплачивали одновременно несколько организаций. Каждой из них Ольмерт представлял декларацию о том, что получает деньги только от нее. Дело закрыли.

В «деле о конвертах» поначалу не нашли состава преступления. В служебном компьютере Шулы Закен обнаружили немало записей о получении денег от Талански для шефа, но судьи заявили: «Это не доказательство. Она всего лишь секретарша...». Ольмерта пытались оправдать и тем, что Талански приносил деньги просто так – из-за доброты или старческого маразма, а Ольмерт не оказывал Талански никаких услуг. Правда, в газетах был опубликован снимок письма Ольмерта на бланке возглавлявшегося им министерства промышленности, торговли и труда (!) американскому миллиардеру: министр просил американца закупить для его сети отелей аппараты «Тами», которые распространял Талански. Это не сочли важной услугой.

О «деле Холиленд» я распространяться не буду, так как уже писал о нем достаточно. Но мне непонятна "диалектика" последнего дела Ольмерта. Внесудебная сделка требуется, когда обвинение не уверено, что располагает достаточными уликами, а защита боится, что не оправдает клиента. Но записи Шулы Закен убедительно свидельствовали: Ольмерт пытался воздействовать на важнейшего свидетеля. Прокуратуре не требовалось признание Ольмерта в создании помех следствию! Похоже, сделка нужна была только для того, чтобы избавить экс-премьера от дополнительного срока.

Можно привести еще много подтверждений того очевидного факта, что правоохранительные органы, как и высшее политическое руководство, входят в израильскую элиту и потому известных деятелей судят не так, как рядовых граждан. Разорвать эту круговую поруку необходимо, потому что она наносит огромный ущерб политике, экономике и морали Израиля. Самое страшное – это разрушение морали в народе, который когда-то дал миру первый нравственный кодекс.

Ольмерт из-за многочисленных расследований сам ушел с поста премьер-министра. Но торопил прокуратуру, так как надеялся обелить себя аккурат до очередных выборов! В возрасте Ольмерта надо спешить. Более молодой Арье Дери, отсидев в тюрьме, терпеливо дождался завершения установленного срока, после которого можно вернуться в политику, и стал министром экономики, а затем и внутренних дел! В какой демократической стране замаранный политик может быть допущен к рычагам управления?

Агрессивное поведение Ольмерта, Кацава в ходе расследований говорит о том, что понятия репутации, чести политика в Израиле отсутствуют. Депутаты кнессета, члены правительства соглашаются покинуть свои кабинеты, только когда им надевают наручники.

Совершенно исключается принципиальное осуждение политика, увязшего в криминальных делах, его собственной партией. Я могу припомнить только один прецедент. Когда Томи Лапид был председателем Шинуя, стало известно, что депутат кнессета от этой партии Йоси Парицки приставил частного детектива к Аврааму Поразу, чтобы собрать компромат на своего конкурента. Лапид тут же устроил заседание парламентской фракции Шинуя и исключил из нее Парицки. Из-за такого пустяка! У нас есть партии, в которых под следствием чуть не половина парламентской фракции, не считая аппарата, но партийные вожди заявляют, что их с товарищами преследуют ислючительно из-за расизма.(Е.С.-НДИ ?)

Ломать – не строить. Процесс разложения нашей власти продолжается. И ничего пока не делается для оздоровления системы управления.
Tags: Либерман, суд в Израиле
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments