Евгения Соколов (jennyferd) wrote,
Евгения Соколов
jennyferd

Category:
ТАНГО СОЛОВЬЯ.
Авторы - Александр и Лев ШАРГОРОДСКИЕ.


Круглый год он носил фетровую шляпу с большими полями, но все мальчишки во дворе знали, что под шляпой у него лысина. Трудно сказать, когда это заметили. Возможно, когда он здоровался, слегка приподнимая шляпу и наклоняя голову.

Во дворе все знали друг друга, все друг с другом здоровались, слегка наклоняя голову, а из настежь открытых окон всегда неслась одна и та же мелодия — «Танго соловья».

Но он уже давно перестал снимать шляпу, он кланялся в шляпе, и все равно все знали про лысину. Вполне возможно, что обо всем разболтала соседка — дома-то он ходил без шляпы. А она могла разболтать, поскольку полы в местах общего пользования он мыл чрезвычайно плохо, и за ним приходилось перемывать. Короче, причина так и осталась невыясненной, но все обитатели дома, до двенадцати лет включительно, знали, что под шляпой ничего нет...

Нельзя сказать, что над двором висел постоянный крик «Лысый!» — это было бы неправдой. Утром, когда он уходил на работу, никакого крика вообще не было — мальчишки спали, и можно было смело появляться вообще без головного убора, неся его в руке. Но он этого себе не позволял. Мальчишки могли его увидеть только вечером, когда он возвращался со службы. Они занимали позицию за поленницами дров, разбросанными по всему двору, и стоило ему показаться под аркой, как раздавался разбойничий посвист, после чего следовало: «Атасс! Лысый идет!».


Первое время он не реагировал, всем своим видом показывая, что это относится не к нему, и широко улыбался всем этим ухмыляющимся рожам, высовывавшимся из-за поленниц. Затем он перестал улыбаться, стал ходить гордо и даже купил тросточку, важно постукивая ею по каменным плитам дорожки, ведущей к его подъезду. Ему казалось, что то их отвлечет и переключит внимание на тросточку, и что они начнут кричать хотя бы «Эй, пижон!» Но ничего подобного не случилось, кроме того, что один из них поинтересовался: «Эй, лысый, где тросточку достал?» Он запустил в него тросточкой, но не попал… Этот «один», которого все звали «Тарзан», вообще был заводилой. Лысый это сразу заметил. Как-то раз, когда «Тарзан» куда-то уехал с родителями, во дворе сразу наступило перемирие. Лысый даже решил провести эксперимент Он встал посреди двора, снял шляпу и минут пятнадцать стоял с непокрытой головой — ниоткуда не раздалось ни звука. Он бы так стоял дольше, если бы не дворничиха.

— Грамотный, — сказала она, — а в мороз без шляпы стоите. Вот голову застудишь — будешь знать!..
Он отряхнул с лысины снег и побрел домой.

Через неделю «Тарзан» вернулся, и война возобновилась с новой силой.
Но лысый уже знал, с кем бороться. Нет, он, конечно, стерпел бы если б его называли «лысым» один на один. Один на один он бы, может, многое стерпел, но иногда он возвращался с дамой...

Лысый шёл на разные хитрости — один раз он пустил даму вперёд, а сам появился минут через десять. Но «Тарзан» заорал:
— Эй, лысый, ты чего даму бросил?!
Тогда он изменил тактику и на следующий раз ждал даму дома. Лысый стоял у окна, и не успела она появиться во дворе, как к ней подскочил «Тарзан».
— Вы к лысому? — скромно спросил он. — Я вас провожу, это четвёртая квартира...

Терпение покинуло лысого. Он выпрыгнул из окна и на глазах у дамы стал гоняться за «Тарзаном». Они петляли между поленниц, взлетали на крыши сараев, ныряли в подвалы, заскакивали в одну парадную и появлялись из другой, и весь двор с интересом наблюдал за этой погоней.

Несмотря на то, что все были на стороне лысого и давали многочисленные советы, он так и не поймал «Тарзана», а дама покинула его и, как говорили — навсегда!
Инвалид Сарычев из тринадцатого номера утверждал, что своими ушами слышал диалог, происшедший между дамой и лысым. Сидя на скамеечке и покуривая «Дукат», он рассказывал всем желающим историю прощания лысого и дамы.

— Эта гражданка, конечно, любила лысого, — говорил Сарычев, — тут и думать нечего. Но она, ядрёна мать, не могла понять, чегой-то он в шляпе и в габардиновом пальте за пацаном сигал. Она его так и спросила, лысого-то: «Чегой-то вы, ядрёна мать, за парнишкой в шляпе и в габардине сигаете?» А лысый ей так прямо и заявил, мол, в чём хочу, в том и буду сигать. И не ваше, мол, дамочка, дело!

Тогда тая так загорелась и заявила: «Извините, мол, но в таком случае, я вас покидаю. Хотя только что любила...» И пошла, значит. А он, значит, шляпу-то свою снял, башку, значит, свою лысую почесал и говорит: «Ну и катитесь к чёртовой бабушке». А тая обернулась и говорит: «А ещё в шляпе!» И ушла навсегда. Вот так они и расстались.


Все внимательно слушали Сарычева, хотя прекрасно знали, что лысый таких слов не употребляет и никогда не имел габардинового пальто...

Лысый долго думал и, наконец, дал объявление об обмене. Но кому нужна была его комнатка, упирающаяся окном прямо в стену другого дома. Тем более, всех желающих встречал «Тарзан» и охотно рассказывал, какие страшные соседи у лысого, что они только и делают, что пьют и скандалят, и только из-за этого лысый и меняет...

«Тарзан» не хотел, чтобы лысый переезжал, но лысый все-таки перехитрил его. Он заключил договор с какой-то экспедицией и укатил на остров Диксон. «Тарзан» не знал, куда себя деть. Он слонялся по двору, стал мрачным и, как рассказывал инвалид Сарычев, «вдруг, с горя, взялся за учебу»...

Когда лысый вернулся, «Тарзана» уже во дворе не было. Лысый ходил по двору в той же потёртой шляпе и спрашивал у всех, где он, но даже инвалид не знал, куда же переехала тарзанья семья...

Лысый располнел, женился и перестал носить шляпу. Двор заасфальтировали, убрали дрова и разбили клумбы. Потом вообще всех переселили, и дом пошел на капитальный ремонт… В новый дом въехали новые люди, никто никого не знал, и никто друг с другом не здоровался. Окна были закрыты, и каждый играл свою музыку в своей квартире...

Лысый снова поселился в четвёртой, но на сей раз она принадлежала только ему, его жене и двум его детям. Он уже не вспоминал, что он лысый, потому что какое это сейчас имело значение?..

Однажды он шёл по Невскому и вдруг увидел «Тарзана». Лысый не мог объяснить, как он узнал его сзади, но это был он. «Тарзан» шёл под руку с прекрасной женщиной, в левой руке у него была тросточка, а на голове, несмотря на дикую жару — шляпа.

И лысый все понял. Он подпрыгнул от радости, набрал в лёгкие воздуха и что было мочи, крикнул:
— Эй, лысый!
Шляпа на голове «Тарзана» подскочила, но он не обернулся, а как показалось лысому, даже ускорил шаг.
— Эй, лысый, — крикнул он снова, — где тросточку достал?
«Тарзан» сорвался с места и побежал. Женщина остановилась.
— Эй, лысый, — крикнул лысый, — ты чего даму бросил? — и захохотал!
— Как вам не стыдно, — сказала прекрасная женщина, — вы ж пожилой человек!

Стал собираться народ. Добровольцы записывались в свидетели. И тут «Тарзан» обернулся и увидел лысого. И вдруг над собравшейся толпой раздался разбойничий посвист, и «Тарзан» во всю мощь своего горла неистово закричал:
— Атасс! Лысый идёт!
И бросился к нему. Они обнялись и ничего не говорили. А толпа удивленно смотрела на них, и никто не слышал звуков далёкого "Танго соловья"...
Tags: Шаргородские, книги из моей библиотеки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments