Top.Mail.Ru
ВЕЗУЧАЯ - Рай, не знаешь, кто у нас в однокомнатной на первом… - Что такого? Пожала плечами... — ЖЖ
? ?
Что такого? Пожала плечами...
Март 4, 2017
10:18 pm

[Ссылка]

Previous Entry Поделиться Пожаловаться Next Entry
ВЕЗУЧАЯ

- Рай, не знаешь, кто у нас в однокомнатной на первом этаже? Да я знаю, что бабка какая-то, я конкретно спрашиваю, что о ней известно. Противная, мрачная всегда. Буркнет "здрасте" и идёт, а то и вообще молча мимо тебя чешет, как-будто ты - пустое место. И вид всегда такой жуткий, словно под вагоном сюда приехала. Одета, как нищенка, голову небось овечьими ножницами стригли... А квартира-то кооперативная! Значит, денежки водятся. И льготы есть у неё, мне в домкоме говорили. И пенсия особенная, Валька-почтальёнша ещё удивлялась - ни у кого тут такой нет, какие-то все переводы-выплаты приходят! Ну как - мне зачем?! Во-первых, знать надо, кто рядом, во-вторых, хоть она и нелюдимая такая, но старая же, помощь-то нужна и вообще... Я вот не видела, чтоб кто ездил к ней. Значит, одна! Так я думаю, может, походить к ней. Убрать-помыть-сготовить, то-сё.. Ну ты же знаешь, нас в двух комнатах шесть человек, и Нинке осенью рожать! А бабке этой кому-то же надо квартиру оставить и начинку всю, не с собой же в гроб! Ну я и не говорю, что завтра, пусть живёт пока, но не вечно же! Да ещё с такой рожей перекошенной. Как звать её, не знаешь? Подойду завтра к ней, помощь предложу.

Александра Львовна войдя заперла дверь, в крохотной прихожей сунула в ящик пакет картошки, пустую сумку бросила рядом и прямо в ботинках и пальто прошла в комнату. Не зажигая света, она села в продавленное кресло у окна, выходящего в редкий лесок, и в который раз подумала, как повезло ей с видом из окна - людей практически она не видит, только этот жалкий лесок, совсем непохожий на тайгу вдоль Мертвой дороги из Салехарда в Игарку, где она девять лет валила лес. С тех пор, как она вернулась, прошло уже почти десять лет, давно кончился кошмар коммунальной конуры, реабилитация сделала ее почти богатой, пенсия с учетом северных плюс компенсация за родителей позволили стать хозяйкой этой восемнадцатиметровой крепости, а больше ничего ей и не надо было. Возможность не видеть никого на соседних нарах, не находиться круглые сутки среди людей, пусть и таких же загнанных, как ты, не вставать затемно на поверку и самой выбирать, когда идти в баню и какую баланду сварить сегодня, была высшим знаком счастья и свободы! Всем она сегодня была довольна, еще бы не выходить на улицу, на солнце, от которого так резало глаза, и она ощущала себя совершенно голой, потому что годами такой яркий свет либо бил в глаза на допросе, либо шарил по телу при очередном обыске. Она вообще неуютно ощущала себя вне квартиры. Когда она шла на станцию в магазин или аптеку, ей все время казалось, что это побег, что она напрасно пытается раствориться среди этих спешащих по делам людей, все равно ей не скрыться, её вот-вот поймают и добавят срок. Поэтому она выходила только по крайней необходимости и переводила дыханье, только задвинув изнутри засов входной двери.

Зато в комнате было чудесно! Спокойно, тихо, полумрак не раздражал глаза, уютно посвистывал чайник, голова кружилась от запаха борща или свежей булки. Если не открывать окна и не снимать пальто и тяжелые мужские ботинки, ей было даже тепло, хотя она годами не могла согреться. Тогда, на лесоповале, она коченела так, что с трудом останавливала себя, чтоб не сунуть руки в костер, и, похоже, ледяной озноб поселился внутри нее навсегда, но все же в этом последнем своем убежище ей удавалось загнать его так глубоко, что он почти себя не обнаруживал. А еще здесь в квартире собрались все, кому не было больше на земле места и кто все эти годы прятался внутри нее. А теперь - пожалуйста! Здесь, стоит только захотеть и позвать, рядом оказывается расстрелянный отец, сгинувшая в лагерях мама, пропавший без вести муж и выбитый сапогом на допросе ребенок. Она была уверена, что это мальчик, звала его Левушкой в честь деда, родись он тогда - ему было бы скоро двадцать, но здесь он оставался всегда ребенком и именно для него в малюсеньком холодильнике Север всегда стояла бутылка свежего молока, сама она молока не пила - организм не принимал. Неудивительно, что ей никого больше не хотелось видеть. У нее и так тут полно хлопот и большая компания. Она хотела еще котенка завести или щенка, тем более, что молоко все равно регулярно выливала, но она навсегда усвоила, что нельзя, чтоб рядом был кто-то, зависящий от тебя, она помнит, как выли каждую ночь ее товарки, гадая о судьбе оставленных детей. Свобода так зыбка, какие уж тут могут быть питомцы...

- Александра Львовна, Вы дома? Это Лида, соседка из сорок второй квартиры! Здрасьте! Я че зашла-то - я смотрю, как редко Вы выходите, тяжело идете так, всегда одеты очень тепло... Я ж понимаю, что старость - не радость, что трудно одной-то в Ваши года. Мне вон пятьдесят восемь - и то я уже сдавать стала, не то, что раньше, а Вам-то, извиняюсь, небось за семьдесят далеко? Сколько?? Пятьдесят шесть?? Ой, Александра Львовна, че-то вы путаете! Ну, семьдесят три я еще поверю, а то что же, моложе меня что ли?! Нет, мне-то все равно, я ж не на работу Вас принимаю, наоборот, сама хотела напроситься к Вам в помощницы по хозяйству, но раз Вы такая молодая, то и смешно говорить об этом! А, уж простите за любопытство, где жизнь-то Вас побила так? И зубы все железные, и голова белая, и, что скрывать, руки вон так дрожат, что чайник с трудом удерживают? Это болезни какие-то или, как бабки говорили. божья кара такая? Или, может, все-таки в бумагах напутали чего и возраст Ваш другой? Ой, ой, прямо волком на меня глядите, будто я виновата в чем! К Вам с добром пришли, а Вы аж выпихиваете из квартиры! Я-то по доброте душевной думала, дай бабушке сиротской подмогну по-соседски, а Вы как собака цепная! Боитесь, добро Ваше увижу да утяну?! Я, может, и беднее Вас, только мне не надо, я чисто от сердца помощь предлагала! - Лида так страстно укоряла Александру Львовну за негостеприимство, что сама поверила в свое бескорыстие и чуть не заплакала. Тем более поняв, что при таком возрасте соседки квартиры её не дождаться...- Пожалуйста, я уйду и дверь Вашу сроду больше не открою, колотитеся, как хотите! Не жалуйтеся только потом! - И, пятясь, Лида выскочила вон, громко хлопнув за собой дверью. - Нет, ну какая старуха противная! Я Райке и говорила, что мразота! Пусть сама в своём тряпье ковыряется и хоть грязью зарастет! И все врёт она, что ей пятьдесят шесть! Из ума выжила видать! Вон, сынок мой, Толик, вохровец, врагов Родины охраняет, так и то, как он рассказывает, они пашут, как проклятые, и лучше выглядят, чем бабка эта! Тьфу, только время зря потеряла! Лучше бы на втором этаже у евреев пошла окна помыла, заработала бы...

Александра Львовна заперла за Лидкой дверь, налила кружку почти чёрного чая, подмигнула сама себе, отразившись в стеклянной дверце буфета, и с наслаждением опустилась в кресло у окна. Ну и пусть зубы железные! Но жива же! Совсем весна уже! Не успеешь оглянуться - зацветёт все! Надо только найти кого-то окна помыть, самой не осилить...
© Татьяна Хохрина

Tags: , ,

(1 комментарий | Оставить комментарий)

Comments
 
[User Picture]
From:alumen10
Date:Март 4, 2017 09:20 pm
(Link)
Спасибо.
http://world.lib.ru/editors/e/ewgenija_s/ Разработано LiveJournal.com