?

Log in

No account? Create an account
НИКОГДА БОЛЬШЕ Сегодня, 29 сентября 2018 года, исполнилось 77 лет… - Что такого? Пожала плечами...
Сентябрь 29, 2018
04:06 pm

[Ссылка]

Previous Entry Поделиться Next Entry
НИКОГДА БОЛЬШЕ
Сегодня, 29 сентября 2018 года, исполнилось 77 лет трагедии Бабьего Яра.
Это произошло на десятый день после вступления немецких войск в Киев.

Из книги "Бабий Яр", 1981 год, Иерусалим.
Сборник материалов Киевского землячества.

Глозман Шломо (Хаим-Шломо-Иехуда-Лейб), сын Моше-Биньямина, киевский резник и мохел, один из членов Подольского кагального общества. Жил перед войной на ул. Кирова д.87, кв.6. Его соседка Лена рассказывала его невестке Глозман Голде Хаимовне (Беэр-Шева, ул. Соколов, д.8,кв.10) следующее:

На второй день после занятия Киева немцами его и ещё девять самых почтенных старых евреев нaцисты утром поставили на грузовик, заставили облачиться в молитвенное облачение и до обеда возили по городу. Они повторяли это несколько дней подряд.
Народ на улице смеялся. В один из этих дней нацисты пришли за ним после обеда и повели в сторону Константиновской улицы. Там, возле кинотеатра "Ударник", его сильно избили, и он едва дошёл до дома. На следующий день, однако, его снова заставили вместе с другими стать на "позорную колесницу". Накануне отправки евреев в Бабий Яр, когда он вышел из дома, чтобы навестить оставшегося в городе сына Наума, на него возле кинотеатра "Буревестник" напал пьяный эсэсовец и забил насмерть... В то время ему было 72 года.

План по уничтожению евреев Киева у немцев уже был разработан. Были расклеены объявления (на украинском тот же текст):

"Все жиды города Киева и его окрестностей должны явиться в понедельник 29 сентября к 8 часам утра на угол Мельниковой и Доктеривской улиц (возле кладбища). Взять с собой документы, деньги и ценне вещи, а также тёплую одежду. Кто из жидов не выполнит этого распоряжения и будет найден в другом месте, будет расстрелян."


Жестоким был их путь к месту смерти. Группа в 30-40 человек должна была пройти по узкому коридору из солдат, которые избивали палками всех идущих, не делая поблажек ни женщинам, ни старикам, ни детям.

Из воспоминаний Дины Проничевой:

Украинские полицаи грубо хватали людей, лупили, кричали:
— Раздягаться! Быстро! Быстро!
Кто мешкал, с того сдирали одежду силой, били ногами, кастетами, дубинками, опьянённые злобой, в каком-то садистском раже...
Дина уверяет, что некоторые истерически хохотали, что она своими глазами видела, как несколько человек за то время, что раздевались и шли на расстрел, на глазах становились седыми.
Голых людей строили небольшими цепочками и вели в прорезь, прокопанную в обрывистой песчаной стене. Что за ней — не было видно, но оттуда неслась стрельба. Матери особенно копошились над детьми, поэтому время от времени какой-нибудь немец или полицай, рассердясь, выхватывал у матери ребёнка, подходил к песчаной стене и, размахнувшись, швырял его через гребень, как полено.
Детей, чтобы не тратить на них пули, убивали дубинками или вовсе закапывали живьём.


И дальще:

Раздетых евреев направляли в овраг — примерно 150 метров длиной, 30 метров шириной и целых 15 метров глубиной. В этот овраг вело два или три узких прохода, по которым спускались евреи. Когда они подходили к краю оврага, шуц-полицейские (немецкие) хватали их и укладывали на трупы уже находившихся там расстрелянных евреев. Это происходило очень быстро. Трупы лежали аккуратными рядами. Как только еврей ложился, подходил шуц-полицейский с автоматом и стрелял лежавшему в затылок. Евреи, спускавшиеся в овраг, были настолько испуганы этой страшной картиной, что становились совершенно безвольными. Случалось даже, что они сами укладывались в свой ряд и ждали выстрела.


Три дня их уничтожали – 29 сентября, 30 сентября и 1 октября 1941 года. Говорят, что в эти три дня было расстреляно 70 тысяч человек... Из них только один человек спасся – актриса Киевского театра кукол Дина Мироновна Проничева, мать двоих детей. Единственный человек на весь мир, который мог и рассказал о том, что же происходило в этом глубоком овраге на окраине Киева в те страшные три дня. Подробный, леденящий кровь рассказ ее полностью приводится в известной книге Анатолия Кузнецова «Бабий Яр».

679.74 КБ


Пепел.
Вступительная глава.


Всё в этой книге - правда.
Когда я рассказал эпизоды этой истории разным людям, все в один голос утверждали, что я должен написать книгу. Но я её давно пишу. Первый вариант, можно сказать, написан, когда мне было 14 лет. В толстую самодельную тетрадь я, в те времена голодный, судорожный мальчишка, по горячим следам записал всё, что видел, слышал и знал о Бабьем Яре. Понятия не имел, зачем это делаю, но мне казалось, что так нужно. Чтобы ничего не забыть.

Тетрадь эта называлась "Бабий Яр", и я прятал её от посторонних глаз. После войны в Советском Союзе был разгул антисемитизма: кампания против так называемого "космополитизма", арестовывали еврейских врачей-"отравителей", а название "Бабий Яр" стало чуть ли не запретным.

Однажды мою тетрадь нашла во время уборки мать, прочла, плакала над ней и посоветовала хранить. Она первая сказала, что я должен написать книгу.

Чем больше я жил на свете, тем больше убеждался, что обязан это сделать. Много раз я принимался писать обычный документальный роман, не имея, однако, никакой надежды, что он будет опубликован.
....
Я пишу так, словно даю под присягой юридическое показание на самом высоком честном суде - и отвечаю за каждое слово. В этой книге рассказана только правда - ТАК, КАК ЭТО БЫЛО.

Я, Кузнецов Анатолий Васильевич, автор этой книги, родился 18 августа 1929 года в городе Киеве. Моя мать - украинка, отец - русский. В паспорте у меня была поставлена национальность "русский".

Вырос я на окраине Киева Куренёвке, недалеко от большого оврага, название которого в своё время было известно лишь местным жителям: Бабий Яр. Как и прочие куренёвские окрестности, он был местом наших игр, местом, как говорится, моего детства. Потом сразу в один день он стал очень известен.

Два с лишним годом он был запретной зоной, с проволокой под высоким напряжением, с концентрационным лагерем, и на щитах было написано, что по всякому, кто приблизится, открывается огонь. Однажды я даже побывал там, в конторе концлагеря, не в самом овраге, иначе бы эту книжку не писал.

Мы только слышали пулемётные очереди через равные промежутки: та-та-та, та-та... Два года изо дня в день я слышал, и это стоит в моих ушах сегодня. Под конец над оврагом поднялся тяжёлый, жирный дым. Он шёл оттуда недели три....

Tags: , , ,

(2 комментария | Оставить комментарий)

Comments
 
[User Picture]
From:sencit
Date:Сентябрь 29, 2018 05:36 pm
(Link)
Вечная память! Да отомстится за кровь праведников!
[User Picture]
From:jennyferd
Date:Сентябрь 29, 2018 09:46 pm
(Link)
Амен.
http://world.lib.ru/editors/e/ewgenija_s/ Разработано LiveJournal.com