?

Log in

No account? Create an account
Что такого? Пожала плечами...
Май 18, 2020
10:03 pm

[Ссылка]

Previous Entry Поделиться Пожаловаться Next Entry
Известный израильский кинодокументалист, исследователь истории Холокоста Борис Мафцир сегодня на РЭКЕ сказал, что начинает собирать материалы по послевоенной жизни евреев в Киеве. Я ему предложу вот этот текст, набранный мной из Сборника материалов Киевского землячества, найденного мной на хайфском книжном развале. Издание - Иерусалим, 1981 год,
к 40-летию Бабьего Яра.

В предисловии: "Эта книга собиралась по крупицам памяти. Уходит поколение Бабьего Яра - по сути, горстка оставшихся в живых. Эта книга - неотменимый долг перед ними, перед нашим народом, перед собственной совестью."

Великой еврейской певицы 20 века Нехамы Лифшицайте не стало три года назад, она умерла 21 апреля 2017 года в Тель-Авиве. Памяти её посвящаю публикацию этого её текста из Сборника "Бабий Яр"....

----------------------------------------------------------------
"РАССКАЗ АРТИСТКИ НЕХАМЫ ЛИФШИЦ"
О ПЕСНЕ ШИКИ ДРИЗА "КОЛЫБЕЛЬНАЯ БАБЬЕМУ ЯРУ".




Я пела в Киеве 13 ноября 1959 года. В первый и в последний раз. Больше я не получила разрешения выйти на киевскую сцену, и в этом не было ничего необычного после того, как в 1948 и 1953 годах разгромили всю еврейскую культуру. Да и вообще и до меня мало кого из еврейских исполнителей допускали в "священный Киев-град". Даже таким известнейшим артистам, как Райкин и Утёсов, перед допуском в Киев требовалось пройти унизительную процедуру прослушивания киевским начальством, так что они туда вообще не выезжали с гастролями.

Но коль Меир Браудо, мой добрый приятель и "импрессарио", поставил перед собой цель "взять" Киев, сомнений не могло быть, что и в этом деле он преуспеет. История этого "взятия" требует отдельного описания, столько в ней фантастики и приключений. Короче: я впервые в Киеве, меня захватывает красота вольного Днепра среди зелёных холмов, и это чувство не способны испортить кренделеобразные безвкусные здания "новой советской архитектуры" на Крещатике. Только вот у Софиевского собора летящий с шашкой наголо Хмельницкий наводит на меня, вероятнее всего уже засевший в генах, ужас гибели.

Я встречала киевских евреев, по южному подвижных и приветливых, но было у меня такое ощущение, что на них всех лежит уже навечно гибельная тень шашки Хмельницкого и Бабьего Яра. Ведь он всегда тут рядом, неподалёку, Яр у Днепра. Эта вечная кровавая рана нашего народа.

И я уже знала, что буду им петь.

Ведь и намёка на памятник не было в этом Яру. И я думаю, единственным памятником в те дни была "Колыбельная Бабьему Яру" композитора Ривки Боярской и поэта Шики (Овсея) Дриза.

Я не знаю точной даты, когда создали они эту песню. Думаю, май 1958 года, когда я впервые выступила в Москве, особенно стал для меня вехой в жизни, ибо я встретила поэта Шику Дриза. Он и повёз меня к Боярской послушать "Колыбельную".

Ривка Боярская уже тогда была прикована к постели. Без надрыва, но с невыносимой глубиной, от которой окаменевают на месте, она "провыла" этот Плач. Я сидела, окаменев, в её убогой квартирке в запущенном доме, что напротив Московской консерватории, где она жила с мужем, театральным критиком Любомирским. Я не могла подняться с места. Дриз почти вынес меня на улицу.



Я унесла с собой этот Плач. Пианистка Надежда Дукятульскайте, которая тогда была со мной в Москве, сама потерявшая единственного ребёнка в гетто Каунаса, нашла к песне строгие аккорды, и вместе с ней мы искали пути к исполнению, ведь это нельзя назвать ни песней, ни плачем, весь художественный и литературный опыт кажется фальшью. Это невозможно назвать ни звуком, ни словом, это как сплошная боль, которая ещё усиливается от прикосновения. Как же было прикоснуться к ней, тянущейся в монотонной мелодии с неожиданно прерывающимися вскрикиваниями и затем каждый раз мёртво замирающей и слабеющей в этом ужасном "Люленьки-лю-лю"?

"Кина" - вот как это называют в нашем народе - "Плач над Погибшим и Разрушенным"...

Повесила б колыбель на отвесе
и качала б, качала сыночка моего Янкеле.
Но дом исчез в пламени и огне...
Где же мне укачать моего дорогого?
Люленьки-лю-лю...

Повесила б колыбель на деревце
и качала б, качала сыночка Шлоймо,
Но не осталось у меня шнурка от ботинка,
Не осталось и нитки от наволки...
Люленьки-лю-лю...

Отрезала б косы мои длинные
И на них бы повесила колыбель,
Но не знаю, где искать кости,
Косточки обоих детей моих,
Люленьки-лю-лю...


И вырывается из горла, когда оно зажато в последнем вздохе:

Помогите, матери, помогите
Выкричать, выплакать мой напев!..
Помогите, помогите
Убаюкать, укачать Бабий Яр...
Люленьки-лю-лю...

И затем просто голос, просто высокие рвущиеся к равнодушному небу звуки, все слабеющие, умирающие в "Люленьки-лю-лю..."

Только память десятков тысяч погибших, как наказ - "Помнить! Помнить! Не забывать!" - дала мне силы и право вынести этот Плач к слушателям. Я и сегодня, и в этот миг не могу отыскать слов, чтобы передать, что я тогда вынесла, что я чувствую сейчас, когда притрагиваюсь к этой Святыне.

Я была одержима какой-то Силой, и она приказывала:
- Стой, умри и пой!
И я пела...

Киевляне вместе со мной пережили эти минуты.
Не аплодировали.
Только все встали с мест в молчании, в зале Киевского театра оперетты.
Я знаю: они не забыли этих минут, как и я их никогда не забуду.

Tags: , ,

(2 комментария | Оставить комментарий)

Comments
 
[User Picture]
From:marivana531
Date:Май 19, 2020 07:46 am
(Link)
даже читать невыносимо...
...а пережить и вовсе ...
с камнем на груди жить всю оставшуюся жизнь..
зачем люди это сотворили...
люди ли они
[User Picture]
From:kelefim
Date:Май 19, 2020 05:37 pm
(Link)
Невозможно такие вещи комментировать. Слов для такого не придумано
http://world.lib.ru/editors/e/ewgenija_s/ Разработано LiveJournal.com